Собственно, главный дом оказался большим двухэтажным зданием, сложенным из серых камней. Он очень напомнил мне ратушу в каком-нибудь маленьком европейском городке – те же строгие линии, невзрачный вид, отсутствие украшений, узкие оконца с простыми деревянными ставнями. Казалось, его построили по одному и тому же чертежу. Вот только в на Земле у ратуши не было высокой башенки, где помещался колокол.

- Куда ведут эти проходы? - чувствуя нехорошее, спросила я.

- За домом Госпожи находятся теплицы и зимние сады. Дальше, вторым рядом, птичники, конюшни, коровники и прочие места содержания животных. В третьем ряду - аквакультуры... Замыкают - бараки... - тихо, но внятно отрапортовал Морис.

- Веди сразу к баракам. Детские бараки есть?

- Да, госпожа... нам надо идти по крайнему левому проходу.

- Идем!

Мы , минуя центральное здание , углубились во владения дьявольского отродья, оставшиеся в живых встречающие смирно ползли следом за нами..

Миновали теплицы, за которыми буйно разрослась широкая полоса яблоневого сада, конечно же, идеально распланированного.

- Хорошие деревья... и урожай богатый... - чувствуя как во рту скапливается горькая слюна, а к горлу подступает омерзительная тошнота, отметила я. - Скажите... что делают с телами погибших и умервщленых рабов?

- Их... их сжигают... госпожа... - едва двигая губами ответил белый как мел парень.

- А пепел под деревья высыпают. И в оранжереи. - ощущая себя в шкуре комиссара Берлаха, просто уточнила я. - А тем, что там вырастает, кормят рабов...Так?

- Да...

- Где крематорий? - у меня мучительно разболелась голова. Еще немного, и я прикажу все здесь уничтожить. Сет, чувствуя ад в моей душе, завелся до предела. Еще немного - и он не оставит здесь ничего живого.

- За детским бараком, госпожа...

Не заметила, как мы дошли до цели нашего похода.

Десять огромных, длинных бараков. Чистота и порядок... За крайним слева, трубы крематория...

- Где все рабы, - повернулась я к Морису.

- Часть - на работах. Часть - в летнем лагере.

- А дети?

- Часть учится работать, часть в летнем лагере. Здесь только самые маленькие...

Захожу в стерильно чистый барак. Там, около пятидесяти малышей безмолвно играют под присмотром трех изможденных мужчин. Увидев нас, мужчины бесшумно опускаются на колени. Но один из них, на шаг впереди.

- Дежурный по детскому бараку Феран.

- Вы сейчас же отведете или отнесете детей на взлетно-посадочную площадку. - уже воя в голос внутри себя , мертвым голосом приказала я. - И погрузите на челнок. Чтобы через три часа все дети были вывезены!

- Госпожа!!! Молю вас!!! Не убивайте их!!!!! Они такие умненькие и терпеливые!!! Пощадите!!! - мужчина подполз к моим ногам, покрывая берцы поцелуями.

Он что, действительно подумал, что я ХОЧУ ЛИКВИДИРОВАТЬ ДЕТЕЙ!!!

- Встаньте... пожалуйста!!! - попросила я.

Мужчина обреченно поднялся...

- Я скормила вашу лею Алиссандру своему сателлиту. И больше НИКОГО НИКТО НЕ БУДЕТ УБИВАТЬ! Детей, под вашим присмотром я отвезу пока на орбиту. Пока здесь строится детский центр. Их надо помыть , накормить, и научить играть и смеяться!

- Мы все сделаем, как вы скажете, госпожа... Вы - сердце милостивой Вселенной! Мы вечно будем молить Космос о Вас! - мужчина говорил спокойно, но слезы текли по его изможденному лицу...

Еще немного - и я сорвусь! Поворачиваюсь к Мору:

- Проследи, чтобы всех детей отвезли и устроили с максимальными удобствами. Бараки и печь - уничтожить. Здесь оставить тех людей, которые пока будут следить за животными. Кормить по высшему классу! За старшего сюда прибудет Шарухх! Сет... ты знаешь, кто должен умереть... - сателлит повизгивая от открывшейся перспективы, подпрыгивал на месте.... - ... только, чтобы дети этого не увидели!

И, развернувшись, ломанулась назад, к приветливому силуэту штурмового челнока.

***

Добежав до него, падаю на колени, содрогаясь от приступов мучительной рвоты.

Твари! Всех-всех уничтожу!!!!!! Сильные руки бережно поднимают меня. Белоснежная салфетка вытирает сопли, слезы и остатки рвотных масс.

- Госпожа... прополощите рот и ... позвольте вас умыть... - мягко просит Морис, помогая мне стоять на подгибающихся ногах. - Не беспокойтесь за детей. Феран - отличный отец. Он все организует идеально. И... простите... госпожа... но вам не надо больше прилетать на Мерану... пока не уберут все бараки... Вы рвете свое сердце и уничтожаете душу... а ведь вам надо еще что-то оставить для своих будущих детей. Идемте... Позвольте, я помогу вам устроится в челноке.

- Морис... почему вы увязались за мной? - устало спросила я.

- Наверное потому, что теперь вы официально моя госпожа. И еще потому, что надеюсь на то, что смогу забрать и сам воспитать своих дочерей. Чтобы они хоть немного походили на вас, госпожа.