Никогда бы ни подумал, что на это уйдет столько времени. Мне самому это сложно, что уж говорить про Настю. Чувствую себя героем, который только что лишился расчесочной девственности.

– Спасибо. Мне кажется, я в тебя щас влюбилась.

– Боже упаси.

– Это была шутка. Ты не в моем вкусе.

– Ну, да. Сбрею бороду и в твоем?

– Борода тут ни при чем. Не мой типаж.

– Ну, да. Бывает. Ложись отдыхай, пока я тебе душ организую.

Во всей больнице не находится ни одного подходящего стула. Приходится ехать в ближайший магазин за складной табуреткой.

– Я там поставил тебе шампунь и всякое такое. Сядешь на табуретку и будешь себя поливать из душа. Поняла? Одной рукой. Вторую мочить нельзя. Впрочем, тебе и мыться еще нельзя, врушка.

– Можно. Точнее нужно.

– Давай опирайся о меня.

– Я сама.

Ну, в принципе ковыляет правда сама. Но хватает ненадолго. Аккурат до двери, а дальше по стеночке. Тоже мне, самостоятельная нашлась.

– Полотенце вот здесь висит. А белье ты давай в палате наденешь, чтобы здесь не навернуться.

– Спасибо.

Не даром засек время. Столько мыться уже даже немощному долго.

– Насть, ты там точно в порядке.

– Точно.

– Может, тебе нужно помочь?

– Если ты мне поможешь, то я сейчас же помру. Я не для того лежала в реанимации обнаженной, прикрытая одной простыней, чтобы помереть от стыда теперь и тут. Я справлюсь.

Да и по хрен, чего я там не видел. Открываю дверь в душевую. Настя сидит на стуле спиной ко мне. Волосы вымытые и смыты от шампуня. И вода уже не идет.

– Уйди. Ну я же просила. А сейчас наберусь сил и встану.

– От стыда помрешь потом, когда я тебя голую увижу. А спина не в счет, – накидываю на нее большое махровое полотенце.

Когда Настя в него закутывается, я приподнимаю ее со стула. Неуклюже опирается на меня, и мы без происшествий доходим до кровати.

– Одевайся, мешать не буду.

Отсутствую я палате минут пять, но этого хватает, чтобы узреть на Настином лице очередную непонятную мне эмоцию. То ли заплакать хочет, то ли черт пойми что. Ну сейчас-то что? В пакете, содержимое которого она полностью вывернула, есть все необходимое. Уж я-то сто раз пробежался по списку.

– Что случилось за время моего отсутствия?

– Ничего. Я, кажется, хочу кушать.

– Отлично. Пока ты мылась, я поставил пакет с едой в холодильник. Сейчас разогрею тебе белковый обед.

Белковый обед – это прекрасно. Только, что снова не так с этой девчонкой?

– Насть, у тебя болит что-то?

– Нет. Мне очень даже хорошо. Вообще, дышать не задумываясь как получается…дышать – это очень хорошо. Я прям счастлива.

– Но?

– Но мне кое-что нужно.

– Что? – долбаное молчание неимоверно злит. – Ну? Так и будем тянуть кота за яйца?

Нет, меня без сомнения радует, что на бледном лице Насти появляется румянец. Вот только ее молчание ни хрена не радует.

– Мне нужны прокладки.

Ну, да. Забыл с кем имею дело. То языкастая не по делу, то язык в одно место.

– Сейчас достану. Внизу есть аптека. Выдыхай, рановато со стыда умирать, я же тебя еще голой не видел.

Иду по коридору и улыбаюсь, как придурок. Но ровно до тех пор, пока до меня не доходит. Почему я не попросил какую-нибудь санитарку за деньги расчесать Насте волосы и помочь ей помыться? Какого черта я делал это сам?

Не туда меня ведет. Вот вообще не туда!

Глава 22

Глава 22

Зачеркиваю очередной день в календаре, любезно принесенный мне нанятой Вадимом помощницей. Женщина очень даже внимательная и приятная. И как собеседница тоже не плоха. Ненавязчива. С полуслова понимает, когда надо уйти. Просто прелесть, а не женщина. Все вообще замечательно.

Подумаешь, почти месяц в больнице. Подумаешь, я только что полностью перечеркнула ручкой двадцать девятое октября в хлам. Подумаешь, он здесь девять дней не появляется. Все замечательно. Настолько замечательно, что мне хочется биться головой о стену.

Я могу предположить, что мое поганое настроение связано с тем, что мне просто здесь скучно и хочется внимания. Загвоздка в том, что во время этой скуки я ни разу не подумала об Артеме. А ведь так просто исключить его из черного списка или поднять трубку, когда звонят с незнакомого номера, который однозначно принадлежит ему. И получу тонну внимания. Проблема в том, что я не нуждаюсь в Артеме. Мне нужен другой человек Мне даже мыслить об этом абсурдно, но тем не менее это так. Я скучаю по Вадиму.

Отвратительное, неподдающееся никакому объяснению и логике состояние. Не понимаю, в какой именно момент меня перемкнуло.

Возможно, все дело в том, что я получила то, в чем нуждалась давным-давно – заботу. И сейчас я ее принимаю за что-то большее. Так не должно быть. Но по-другому пока не получается. Я хочу его видеть. Его. Его, а не милейшую женщину и собственного биологического отца, цветы которого неимоверно раздражают. Нет, они красивые. Да и он не обязан был сюда приезжать ради совершенно чужого человека и выстраивать диалог с такой неблагодарной дурой как я.