— Чех, при всем моем уважении к тебе, случай в загсе – это перебор! — директор ФСБ грозно кривил лицо. Пальцы его сжались в кулак, но он так и не решился стукнуть по столу. — Не думай, что если президент дает тебе полный карт-бланш, ты можешь выкидывать такие фокусы. Знаешь, сколько аккаунтов на ютубе пришлось заблокировать, чтобы видео с «кровавой свадьбы» не расползлось по сети?

 Конечно, знаю, этим занимаются мои ребята. А вот откуда он узнал? Неужели решил помочь?..

— Роман Платонович, спасибо за помощь, но я справлюсь своими ресурсами, — должником его мне не хотелось быть.  

— У тебя своя отдельная служба, — махнул он раздраженно  рукой, так и не разжав кулак другой руки. — Почему ты не согласился возглавить ведомство? Сидел бы на моем месте. Посмотрел бы я тогда, как ты с оружием врывался бы на чужую свадьбу.

— Ты же знаешь, что мне оружие не нужно в помещении, — спокойно поправил его.

— Я-то знаю, а  десятки заявлений нужно будет рассмотреть! – повысил он голос.

— Генерал, Зураб тебя на понт берет, не будут они писать заявления. Своих же подставят. Скажи, что в зале камеры стояли, они и близко к прокуратуре не подойдут.  

— А они стояли? — я мало кому мог доверять. Директор ФСБ в число таких лиц не входил, но и против меня никогда не играл.  

— Как только поступит первое заявление, мы узнаем, — он терпеть не мог загадочности и недосказанности, а я не собирался ему все рассказывать. Намек он понял, недовольно поджал губы, но больше к этой теме не возвращался.

— Чех, ты объявил Зурабу войну. Унизил его перед столькими людьми, это хуже, чем пощечина. Он не простит. Говори, если нужна будет помощь, — справляться я собирался своими силами. С криминальными авторитетами даже я поддерживал связь, имел общий бизнес. Наши интересы с Зурабом редко пересекались, но сейчас так сошлись звезды.

— Спасибо, — формально произнес. Решать проблему я буду без их помощи.

Выйдя из кабинета Платоновича, застал такую картину – у двери его кабинета толпились подчиненные. Ждали боя двух титанов? Усмехнулся про себя и прошел мимо.

На улице сразу набрал брату, он звонил два раза, пока я сидел у директора. Чувствовал, что дело опять в Лее.

— Я ее убью! — прокричал Валид в трубку после первого гудка.

******* *******  

Лея

Поборов гордость, я вышла во двор и нашла себе в куче разбросанных вещей одежду на сегодня. Не ходить же в этой футболке сто лет.

Лучше было бы смириться. Сесть, сложить лапки и ждать, когда меня убьют и спишут это на трагический случай в тайге, но, несмотря на усталость, сдаваться было не в моем характере. Папа часто меня ругал, когда я лезла на рожон к более сильному противнику.

 «Выжди, обмани», — говорил он. Но я устроена так, что если мне дадут пощечину, я обязательно должна дать сдачи, не получается подставить вторую щеку. Если бы не собаки и не камеры, я бы все щели в заборе облазила, нашла бы лазейку, чтобы сбежать. Все мысли стали крутиться возле этой идеи…

— Олег Вячеславович, а что у нас на завтрак? – вошла деловой походкой в кухню. Мужчина бросил на меня настороженный взгляд и спокойно ответил:

— Что желаешь, принцесса?

— Омлет с лимоном и перцем, – его брови удивленно выгнулись, но он ничего не сказал. А я мысленно просила прощения у собак. Села за стол и стала ждать, когда мне подадут блюдо.

Про себя отмечала, где лежат интересовавшие меня продукты. Нужно все успеть провернуть, пока один брат в отъезде, а другой дрыхнет у себя в комнате. Как жаль, что весь периметр просматривается, садовую лестницу я нигде не обнаружила, зато нашла щиток. Хотя что это мне даст? Ну, выключу я свет, а дальше?.. Наверняка тут же сработает генератор. Хотя, если засунуть монету в патрон, его постоянно будет выбивать. Пока они будут решать, что с этим делать, я смогу спрятаться, а может, даже и удрать…

Нужно найти мелкую монету, которая поместится в патрон. Хотя раньше времени лучше не радоваться.

Давясь перченой яичницей, я старалась не показывать виду, что у меня дым из ушей валит. За два года, которые я провела в семье дяди, я так и не смогла привыкнуть к кавказской острой кухне. Радовало только одно – я запомнила, где лежат цитрусовые и перец. Теперь нужно выманить Олега из кухни. Надеюсь, долго ждать не придется.

Был страх. Он придавал сил. Конечно, рано или поздно меня найдут и отправят в тайгу. Я боялась диких животных, потому что никогда с ними не имела дел, придется ориентироваться на местности. Конечно, скрыться в тайге будет проще, чем в этой бронированной тюрьме, но опасности там намного больше, чем здесь. Справлюсь ли я? Хватит ли у меня знаний, выдержки и силы воли? Полгода ждать приговора – у меня не хватит терпения. Я не понимала, почему они меня сразу не убили? Может, верят слухам о том, что моя мама все еще жива? Я бы тоже очень хотела в это верить, но понимала, что не стоит зря рвать себе сердце. Остатки тела, разорванного гранатой, мы похоронили. Заключение экспертизы находилось у дяди Ахмада в сейфе. Я никогда не забуду, как сильно он плакал, когда доставили ему результат. Траур мы держали год. Справили все поминки…