- Как вы себя чувствуете? - спрашивает у старушки Добрыня.

Она как рыба втягивает воздух, хватаясь за его руки.

Сумасшедший папаша не отстаёт от Света с ребенком.

- Что вы стоите?! - смотрю на сомневающихся мужчин - вмешиваться или нет.

- Ну его нахер, связываться! Его сын... Виноватым потом окажешься... - обсуждают.

- Дай сюда моего сына, сказал! - орет папаша. - Или вместе с ним полетишь!

Пихает их.

Мальчик испуганно кричит, хватаясь за шею Тихомирова. Скользят по льду… и сейчас их “собьёт фура”.

- Не трогай их! - подлетаю я, отталкивая неадекватного мужика.

Оступившись, он летит в прорубь.

Господи боже! - зажмуриваюсь я.

Главное, не головой об лёд!

Подбегает женщина-спасатель, забирая из рук Тихомирова ребенка.

Мужик, матерясь, выныривает. Теряет равновесие на лестнице, снова летит назад. И сам не выныривает больше, всплывая спиной вверх.

Не дыша, смотрю на эту страшную картину.

- Да чтоб тебя, собака сутулая! - ворчит Тихомиров, поднимая рукав объемного свитера до локтя. Ложится на лёд, хватает его за локоть. Вытаскивают папашку вместе с Добрыней. Его кожа царапается об неровный лед.

- Девушка его толкнула... - обсуждают в толпе.

- Сбежала отсюда! - кидает мне в руки ключ от машины Свет.

Поймав, продолжаю стоять на месте, словно ноги вмерзли в снег.

- Бегом! - шикает на меня он.

Пячусь, делая несколько шагов назад.

Но я же... Не толкала его в прорубь. Я просто защищала Тихомирова с ребенком. Чтобы он не столкнул их!

Саунд: Сверхновая - Иво

Рассерженный взгляд Тихомирова заставляет меня отступить ещё дальше.

Очухавшегося, покачивающегося мужика ведут под руки в шатер.

- Пьяный... - шушукают в толпе. - Как не стыдно на Крещение-то...

Добрыня строит толпу, строго объясняя, как себя вести рядом с прорубью. Долбит лёд на ступеньке железным колом.

Свет хватает меня за локоть и тащит к машине.

- Я что тебе сказал, а?!

- Но я же...

- Давай вот сразу на берегу договоримся, Чалкина, что ты слушаешься меня как собака Павлова!

- На каком ещё "берегу"?.. - лепечу я, стараясь успевать за его быстрым шагом.

- На берегу проруби, блять...

Рывком усаживает меня в машину.

Всовывает мне в руки термос и шоколад.

- Сидеть!

Хлопает дверцей, вздрагиваю от грохота.

Протерев лицо руками, встряхивается и идёт обратно, натягивая балаклаву на лицо.

- Хамло какое...

Вздыхая, шуршу шоколадкой.

Хоть бы не убил там эту “собаку сутулую”...

Посадят же. Катайся потом к нему с передачками…

Глава 12 - Если враг сопротивляется

В волонтерском центре сегодня людно. ВалентинВанна раздает пакеты с гуманитарной помощью. Люди курсируют туда-сюда.

А мы с Зайцем и Машей сидим в углу, у стола. Чалкиной нет.

На столе букет.

Озадаченно Зоя постукивает пальцами по столу.

- Точно для меня?

- Да точно! - закатывает глаза Маша. - Доставка принесла. Я за тебя расписалась.

- Хм. Кто это вообще?

- Ну, Зай, ты у нас девчонка зачётная, - пожимаю плечами. - Кто угодно в целом мог яйца подкатить.

- Да нет. Некому мне цветы дарить.

- Ой, ладно, не прибедняйся.

- Я не про это. Я про то, что сейчас мужчины не "про цветы". Ты, вот, даришь без повода? - скептически.

- Я? Пф... Вообще профита не понимаю в этих цветах. Лучше что-то конкретное подарить, нужное. А цветы... поставила в вазу и забыла тут же. Потом выкинула. В чем прикол?

Маша воодушевленно вздыхает.

- Нет... Не забыла. Каждый раз мимо этих цветов проходишь и вспоминаешь того, кто подарил. Горячие моменты, поцелуи, слова, взгляды... Эх!

- Реально?

- Да-а-а... И пока стоит букет, все время ощущаешь типа он рядом. С тобой... В тебе... - многозначительно снижая голос.

- Интересный спецэффект. Учту.

- Учти... Учти... - заигрывает со мной Маша, бросая томные взгляды.

Зоя, хмурясь, распаковывает букет, беспощадно срывая нарядную обёртку.

Рассыпает цветы по столу.

- Никакой открытки даже.

- Да забей, Заяц. Сам появится. Иначе, какой смысл в букете?

- Да. Наверное.

- Ой, а мне цветы последний раз дарили лет пять назад! - косится на меня Маша.

- Маш, принеси водички, будь человеком.

- Я и кофе могу тебе сделать.

- Давай. Кофе и водички... Мм... Как колокол гудит, - сжимаю виски.

Открываю окно, сгребаю снег.

Прикладываю ком к пульсирующему виску.

На автомате считаю цветы. Четное количество получается. Да ну бред какой-то…

Встряхиваю головой.

- У тебя похмелье, что ли, Свет?

- Ударение надо ставить на последний слог, Заяц. ПохмельЕ. Тогда состояние обретает очаровательный французский флёр.

- Флёр?? - закатывает глаза.

- Не обретает?

- Хватит бухать.