– Какие? – Алина водрузила на стол опустевший поднос, и Степан начал расставлять очередную партию бокалов.

– Все слухи и сплетни, – вполголоса сообщил Егор. – Там, в толпе, они целуются и обнимаются, а здесь такое друг про друга говорят, что у меня волосы на голове шевелятся.

– Клубок целующихся змей, – хмуро буркнул Степан.

Алина заинтригованно прислушалась.

– Тоже мне коллекционеры, – послышалось из группы собравшихся у столиков журналистов. – Взять хоть этого Решетникова. Вор, аферист и скупщик краденого.

– Да у них вся семейка такая. Знаешь, сколько они нашему главному редактору заплатили, чтобы поменьше о них в разных скандальных хрониках упоминали?

– Скелеты в семейных шкафах? – ехидно усмехнулся кто-то.

– А вы в курсе, что Владимир Решетников был партнером по бизнесу Платона Долмацкого?

– Барона?! А ты откуда знаешь?

– Неважно. Два сапога пара! Там и контрабанда, и скупка краденого, и грабежи, чего только не было. Таких, как они, в народе называют черными антикварами. Долмацкого в итоге по-тихому прикончили где-то в Клыково, а этот вот, глядите-ка, еще продолжает свой бизнес.

– А чего ему не продолжать? У него крупная строительная фирма, он с мэром в хороших отношениях. Денег столько, что еще и правнукам останется. Он при желании не только твоего редактора, а самого прокурора купить может.

– Думаете, он этого еще не сделал?

– Ну ничего, сколько веревочке ни виться…

Репортеры, заполнив свои тарелки закусками, отошли от стола, а Егор с Алиной молча переглянулись.

– Слыхала? – фыркнул Кукушкин.

– У вас тут гораздо интереснее, чем носиться по залу, – согласилась Алина.

– Ребята, – приблизилась к ним Эвелина. – Придется вам немного помочь. Основная масса гостей перешла в зал новой экспозиции. Там официанты уже не справляются. Берите все напитки, какие еще есть, и дуйте туда. Особенно блогеров хорошо обслуживайте. Их в толпе сразу видно, они ходят с ручными штативами и снимают все подряд. Чем они пьянее, тем благодушнее. Тем лучше будут отзывы. Ну, бегом!

– А здесь кто останется? – нахмурился Степан. – Пустые бокалы наполнять…

– Здесь я сама постою, – отрезала Эвелина. – Дело нехитрое.

Она помогла им заполнить бокалами три подноса и, когда они направились в соседний зал, принялась откупоривать новую бутылку.

Глава 7 Преступные наклонности

Ирина Муртазина, так удачно заменившая выбывшую из строя официантку, несла опустевший поднос, учтиво улыбаясь гостям, и при этом внимательно рассматривала собравшихся.

Кого тут только не было. Богатые старики обсуждали бизнес и снующих мимо молоденьких девушек. Их разодетые супруги сплетничали, с удовольствием обсуждая общих знакомых.

Журналисты и репортеры различных новостных и светских порталов брали интервью у собравшихся знаменитостей, многие из которых и двух слов не могли связать на тему выставки. Ну что могла сказать об оккультных артефактах девятнадцатого века двадцатилетняя певичка, ставшая популярной после глупого вирусного видео в сети? Или парень-фотомодель, единственным достоинством которого была симпатичная физиономия?

Пробираясь сквозь пеструю толпу, Ирина презрительно усмехнулась. Как же она их всех ненавидела. Они купались в деньгах, она же едва сводила концы с концами, работая на трех работах. И что толку? Оставалась такой же нищей и никому не нужной, продолжая мечтать о богатстве и славе.

А вот и они, семейство Решетниковых. Не вместе, будто сторонятся друг друга, тем не менее Ирина сразу заметила их в толпе. Владимир Эдуардович беседовал с какой-то размалеванной репортершей. Его брат Артур Эдуардович неподалеку флиртовал с блогершей, которая вдвое моложе его самого.

Ирина знала, что Владимир старше своего брата всего на пару лет, но Артур выглядел на тридцать, не больше. Стройный, подтянутый, гибкий. В его волосах блестела седина, но короткая стильная стрижка и блестевшая в ухе серьга придавали ему моложавый вид. Он был довольно известным в городе хирургом, поэтому, возможно, и сам пользовался услугами коллег, которые зарабатывали пластическими операциями. Но, рассмотрев мужчину получше и не обнаружив на его лице следов подтяжек, Ирина в этом засомневалась. Видимо, он просто хорошо следил за своей внешностью.

Мать Решетниковых Зинаида скучала в стороне. На первый взгляд, одета она была скромно и неброско: закрытое темно-синее платье, бриллиантовые сережки в ушах, нитка жемчуга на шее и черные блестящие туфли на невысоком каблуке. Но Ирина отлично разбиралась в хороших вещах и понимала, что все это стоит небольшое состояние. Следовало отдать старухе должное: она не кичилась своим богатством, но ее гардероб говорил сам за себя.