Время, время. Чувствую, как оно ускользает. Наверное, муж уже вовсю начал вскрывать квартиру. Торопилась, как могла, но поезд в метро силой мысли разогнать до сверхскорости не получилось. Приехала к дому, поднялась на лифте на свой этаж, а там людно. Почти митинг. На лестничной клетке возле квартиры столпились все мои знакомые бабушки, буквально грудью встав на защиту двери, на крики, видимо, вышли соседи и теперь наблюдают за шоу, ну и муж мой со своими работниками, соответственно, тоже тут.

Кивнула в знак благодарности Ольге Тимофеевне, та в ответ сжала руку в кулак, в знаке “Мы еще повоюем”. В исполнении бабушки- божьего одуванчика выглядело очень смешно.

– Андрей, ты что делаешь? – я подошла к недовольному злому мужу.

– Собираюсь попасть к себе домой.

– Это уже не твой дом. Забирай своих людей и уходи.

– Ага, сейчас.

– Я полицию вызову.

– Вызывай, я твой муж, в семейные разборки они не лезут.

– Я отцу пожалуюсь.

– И тогда он обо всем узнает и заберет тебя домой, а квартиру сдаст. Ты ведь этого тоже не хочешь, верно?

– Зачем тебе все это надо?!

– Нечего к нам всяких мужиков водить. Я возвращаюсь.

– Как это ты возвращаешься? А моего мнения спросить не нужно? Я вот совершенно против.

– Что, с мужиками понравилось гулять?

– Не твое дело.

– Ладно, мы квиты, я привел, ты привела. Давай мириться и жить нормально, как раньше.

– Это ты таким способом помириться решил? Оригинально.

– Слушай, все. Хочешь, давай мне ключ от квартиры, и тихо решим вопрос. К ночи, уверен, уже помиримся.

Жутко злюсь.

– Уходи отсюда. Я не желаю с тобой не то что жить, разговаривать.

– Вот еще. Ты моя жена пока что, а значит жить мы будем вместе.

Все, придется звонить отцу. Не хотелось мне этого делать.

– Я против. У меня на Ксению и ее свободное время несколько иные планы, - мне на талию, точнее на то место, где, примерно, она должна быть, легла мужская рука. – И почти бывший муж в них никак не входит.

Сердце екнуло. С недоверием смотрю на Радова. Зачем босс решил вмешаться в этот конфликт?

– А ты еще кто? – муж настроен агрессивно. Очень агрессивно. А тут еще и красная тряпка для быка.

– Ксюша, ты не говорила еще про меня? – с улыбкой интересуется шеф.

– А нужно было? – не понимаю, какую игру затеял Андрей Александрович.

– Нет, конечно. Полюбопытствовал просто. Правильно, зачем тебе рассказывать обо мне своему почти бывшему. Кстати, я настаиваю на том, чтобы ты уже завтра с утра подала документы на развод. Сколько можно тянуть? А то видишь, как наглеть начинает. Я тебя даже сам завтра отвезу куда надо и помогу быстро все оформить. Разведут в два счета.

Мой, точнее уже не мой Андрей покраснел от злости.

– Убери руки от моей жены! – атмосфера ощутимо накаляется. Соседи блаженствуют. Бабушки счастливы. Работники Андрея в ступоре, но тоже смотрят с любопытством. А мне сквозь землю провалиться хочется. Любит мой босс такие публичные разборки и выводить людей из себя.

– С чего это вдруг, – Радов неожиданно обнимает меня уже не одной, а двумя руками, крепко стиснув в объятиях. Чуть не задохнулась. Сильный какой. Андрей Александрович – провокатор. – Ты, мужик, свой шанс упустил. Теперь не мешай другим.

– Да ты кто вообще такой?!

Я в ужасе! Муж кинулся на босса! Кинулся-то он на Радова, но такое ощущение, что на меня, поскольку стою чуть впереди, все еще в обнимку с боссом. Андрей Александрович быстро уводит меня с траектории удара и встречает моего занесшего кулак мужа каким-то хитрым приемом, из-за которого «мой» Андрей оказывается откинутым в сторону. Муж вновь бросается на начальника, еще больше распаленный. Бабушки заохали, кто-то из женщин испугано вскрикнул. Я вообще визжу на одной ноте: «Андрей Алесандрови-и-ич!». Переживаю за начальника, но и за мужа, блин, страшно, просто как за живого человека. Муж снова нападает и в ту же секунду оказывается животом на полу, прижатый к плитке коленом Радова и всем весом начальника. Шеф вывернул Андрею руку, и муж орет, как… женщина.

– Пусти! Пусти, гад!

Вместо того чтобы отпустить, босс заламывает ему руку еще сильнее, отчего тот орет уже как резаный. Закрываю лицо ладонями. Мне плохо.

– Да замолчи ты уже, я тебе сильно больно не делаю. Женщина и то бы так не орала, - насмешливо произнес Радов, и муж резко замолчал. – Значит так, если узнаю, что достаешь Ксюшу и делаешь что-то против ее воли, шутить уже с тобой не буду. Чтобы близко рядом с ней и ее домом не появлялся. Максимум можешь только ей звонить, и если она на что-то согласится, то только благодаря твоему красноречию.

Босс поднял с пола Андрея и, все так же держа его неестественно выгнутую руку, проводил до лифта, запихнув в открывшиеся двери.

– Я полицию вызову! – пригрозил мой почти бывший, когда двери стали закрываться. Видимо, в безопасности себя почувствовал.

– Вызывай. Как ты там сказал? В семейные разборки полиция не вмешивается? – Радов придержал створки лифта и те вновь открылись. – Давай, звони, – похоже, босс был здесь дольше, чем я ожидала. Наверное, среди соседей затесался.