Он засунул в меня свои пальцы и начал бешено вращать ими. Я почувствовала, как мои собственные соки стекают по ноге. Это было почти больно, но в то же время безумно приятно.

Он нежно обхватил губами мой клитор и потянул его. Сначала это было нежное втягивание, но внезапно и без предупреждения он начал сильно сосать.

Нервные окончания в моих чреслах были разорваны в клочья. Я закричала в этот хаос.

Да. Вот оно. Внутри меня что-то загорелось и взорвалось. Я уже испытывала это прежде, но на этот раз это было больше, глубже, горячее. Я кончила всем своим существом, дрожь пробежала по всему моему телу в порыве пьянящего экстаза, который распространился до кончиков пальцев ног.

Мне потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Я была практически парализована, пока он приводил в порядок мою одежду.

Я не могла смотреть на него.

Он застегнул мой лифчик, лаская при этом мои чувствительные груди, разминая мою плоть и пощипывая мои возбужденные, чувствительные соски, словно ничего не мог с собой поделать. Он посасывал их, одновременно стягивая мою юбку вниз и расправляя ее, разглаживая материал на моих бедрах. Он отстранился и посадил меня на сиденье. Мне захотелось прилечь. Мне хотелось раздвинуть ноги и умолять его проделать все это снова.

Он поправил мой топ.

- Мои трусики, - напомнила я ему, мой голос потонул во всем этом шуме.

Он услышал.

- Просто держи ноги вместе и постарайся быть скромной, если ты вообще понимаешь, что это значит.

Я покраснела. Как его рот мог быть одновременно самым милым и самым подлым, с чем я когда-либо сталкивалась?

Он раздвинул шторы, и я закрыла глаза от яркого света. Темнота была лучше, особенно после такого аттракциона.

Я все еще не могла смотреть на него. Я находилась где-то посередине между унижением, отвращением и абсолютным наслаждением.

Он снова сел рядом со мной и обнял меня за плечи, притягивая к себе. Мое лицо горело. Я почувствовала его дыхание на своей коже за мгновение до того, как его мягкие губы поцеловали мой висок. Что это было? Что мы здесь делали?

- Ну, получать оральный секс у тебя получается лучше, чем давать, - пробормотал он. - Хоть на что-то ты годишься.

Ах, вот оно что. Яд никуда не делся, ни на секунду.

Я даже не понимала, что к нам присоединились его друзья, пока он не отодвинулся от меня и не стал непринужденно болтать с одним из них.

Я ошалело уставилась в никуда. Я была пьяна не только от шампанского и водки.

Через некоторое время мы вернулись ко всем остальным, но там никого не оказалось. Все ушли танцевать. Максиму, казалось, было все равно. Некоторое время мы сидели молча. Я осторожно потягивала апельсиновый сок, который он заказал для меня, пока он пытался утопиться в виски.

Что-то беспокоило меня, и я знала, что это плохая идея, даже когда почувствовала, что вопрос слетает с моих губ.

- Так почему же ты не женился на одной из этих девушек?

Он сделал паузу на середине глотка, затем продолжил, допив свой бокал и окинув меня внимательным, но отнюдь не дружелюбным взглядом.

Личные вопросы в нашем браке не приветствовались, но у меня все равно хватало наглости задавать их. Я продемонстрировала очень плохие манеры трофейной жены, но сейчас меня это не волновало.

Наконец, к моему удивлению, он ответил.

- Во-первых, я не хотел этого. Во-вторых, у меня не было никакого желания жениться на женщине, которую трахал не только я, но и все кого я знаю.

Я вздрогнула от его вульгарности, женоненавистничества и снобизма.

- Разве это не двойные стандарты? Ты же не был святым?

- Нет, не был; и да, это двойные стандарты, но это ничего не меняет. Я не знаю, что тебе сказать. Я никогда не собирался жениться ни на одной из них.

- Потому что ты хотел девственницу?

- Я же говорил тебе. Это было не моим основным условием. Но теперь, когда все сказано и все сделано, я не жалею об этом. Все сложилось к лучшему.

Ничего себе. Почти комплимент.

- Я не о браке, - поспешно поправился он. - Я все еще ненавижу брак и нашу женитьбу. Но я совсем не против того, что твое тело теперь - моя собственность.

Его рука бесстыдно скользнула между моих сомкнутых бедер. Они покорно расступились перед ним, несмотря на мой стыд, и он погладил меня пальцами.

- Больше здесь никого не было, - прошептал он и быстро убрал руку.

После этого он начал игнорировать меня, уставившись в свой телефон.

Я терпела это целых тридцать минут, прежде чем сломалась. Мой разум зацепился за одну маленькую деталь, зациклившись на ней до такой степени, что я поймала себя на том, что раздражаюсь, пока наконец просто не произнесла это вслух.

- Я правильно понимаю, что ты переспал почти со всеми моими подружками на свадьбе? - спросила я.

Его лицо напряглось. Он повернул голову и посмотрел на меня.

- Боже, разве в нашем договоре не прописаны вопросы, которые ты не имеешь никакого права задавать?

После его исчерпывающего ответа мы снова погрузились в молчание.