- А что с ней? – будто я ничего не знаю, спросил. Хотя я ведь отлично знаю, что с ней.

- Бледная, будто приболела. Недавно увидел, как она наорала на новенького из отдела Сергеевны. Впервые вижу её такой разозлённой, - пожал плечами друг, и нажал на свой этаж. Я скрыл руки в карманах брюк, и бросил мимолётный взгляд в сторону Дилфины, пока створки лифта не закрылись и мы с ней теперь отделялись этажом.

В кабинке лифта повисло напряжённое молчание. Я был напряжён, когда вспомнил, как лицо Дилфины искажалось от боли, и она схватилась за живот, явно надеясь, что я не замечу. Я, как последний сукин сын, теперь вспомнил, что вчера мы занимались сексом, а у неё это первый раз, поэтому это законно, что у неё сейчас болит живот. А она ещё не отдохнула, ещё и утренняя ситуация с Ольгой, и неприятный разговор, который не закончился ничем хорошим. То есть недопониманием между нами. А ведь я долго подбирался к ней, хотел, чтобы она мне доверилась, но в конце сам все разрушил.

- Ты идёшь?

Я завис, смотрел под ноги, и думал, что теперь делать, пока Константин не окликнул меня. Поднял голову, и решительно заявил, пока не уверен, что с этого выйдет. Она может сопротивляться, отказаться от моей помощи, но тогда я просто закину её к себе на плечо и отшлёпаю.

- Ты иди, у меня дела.

- Но…

Слова друга растворилась, когда коробка закрылась, и через минуты две я был на своём этаже.

Первое, что увидел я, это была Дилфина, которая опустив голову на свою руку, тихо плакала. Не на шутку, испугавшись, не понял, как подлетел к ней, оказался перед ней на коленях, опустив руку на её голову. Дилфина вздрогнула, очевидно, не ожидала увидеть меня здесь, и через секунд тридцать, подняла голову.

- С тобой все хорошо? – взволнованно спросил, стирая большим пальцем слезы на девичьем лице.

- Да.

Дилфина шмыгнула носом, стёрла слезы тыльной стороной ладони и встала с места, сбросив мою руку. Я тоже встал, подхватил с вешалки её плащ, а со стола сумку.

- Что вы делаете? – в изумлении спросила она, когда я стал надвигаться к ней, а она начала пятиться назад.

- Тебе нужно отдохнуть. Сегодня я даю тебе отгул, - сказал стальным голосом.

- Не нужен мне ни какой отгул. Со мной все хорошо, - сказала эта упрямица. – И потом, вам не обязательно таскаться за мной лишь, потому, что… - она замялась, скрывая свои очи, и покраснела.

- Потому что, что? – подразнил я, делая вид, что явно не понимаю, к чему она клонит.

- Вы сами знаете, что.

- Я не понимаю, - сказал, остановившись в несколько жалких сантиметрах от неё, и в нос сразу ударил запах её тела вперемешку с парфюмом. – Вещи нужно называть своим именем, Дилфина.

- Я так понимаю, вы не отступите, пока я не уйду сегодня пораньше? – явно хочет сменить тему. Ну что ж, хорошо, пусть будет так, чем ничего.

- Правильно понимаешь. Умница, - поставил сумку на её стул, собираясь помочь ей надеть плащ.

- Я сама могу! – горячо возразила она.

- Сможешь, - согласился. – Но так мне будет спокойно. Дилфина, давай, ты же знаешь, я сделаю, как хочу.

- Господи.

- Спасибо за сравнения, но я не Господь, а просто Максим. Давай, девочка моя.

Дилфина закатила глаза, но я видел, что ей плохо, наверно, поэтому не стала препираться со мной.

Довольный собой, я взял её руку в свою ладонь, крепко держал, боясь, что она сбежит. Её ладонь была горячей, будто она вся горит. А ведь утром она вся горела, хотела выпить лекарство, но я отвлёк, и так забыли про это. Получается, она все ещё болеет.

- Максим Афанасьевич, что вы делаете? Отпустите руку!

- Почему?

- Не хочу, чтобы сотрудники увидели нас вместе и все неправильно поняли. Не хочу, чтобы о нас судачили. Отпустите руку!

Быстро положил палец ей на губы, призывая её молчать. Мне было насрать на все, что она сейчас говорила. Это моя компания, и я буду делать все, что хочу сам. Однако не хочу, чтобы Дилфина чувствовала себя плохо из-за этого или о ней говорили, что то плохое. Поэтому отпустил её руку, когда мы оказались на первом этаже, среди сотрудников. Быстро спустившись на стоянку, открыл ей дверь авто, а после сел сам. Завёл машину, и мы выехали со стоянки. До её дома доехали в молчании.

- Спасибо, Максим Афанасьевич.

- Максим, - поправил я, а Дилфина ничего не ответила, хлопнула дверью моей машины, и ни разу не обернувшись в мою сторону, скрылась в подъезде.

Подожди немного, я в скором времени улажу все вопросы с Ольгой, и обещаю тебе, что сделаю все, чтобы ты простила меня и дала шанс. Я хочу начать все сначала и только с тобой.

- Ты только жди меня, прошу! – сказал вслух в пустоту, смотря вслед за ней, и мне

было плевать, что она не услышала меня и не услышит.

Дилфина