Становится тошно. Но, поборов комок в горле, останавливаюсь рядом с ними и крепко сжимаю в руках ключи. Иван стоит за мной и не менее ошарашено смотрит на них. Антон хмыкает от наших реакций. Ублюдок. 

 

- Здравствуй, Дилфина, Иван. Давно не виделись. 

 

- Прошло всего лишь две недели, - язвлю. На самом деле, мне очень интересно, что он тут делает. Да ещё в компании своей подружки. - Что тебе надо? 

 

Алина одёргивает Антона, и он мнётся несколько секунд. От такого Антона становится смешно. Замечаю в правой руке на безымянном пальце кольцо. Как у Алины. Даже ребёнок сможет сделать выводы, сложив два плюс два. Становится не по себе. В голове крутится лишь одна мысль: как долго? Но не произношу вслух ничего. Жду, когда это сделает он или она. 

 

- Дилфина, можешь вернуть мне те золотые часы, что я подарил тебе накануне свадьбы? 

 

Ах, вот в чем дело! Он пришёл за часами. Среди всех его подарков лишь те часы были из настоящего золота, а остальные подделки. Но, увы, я продала часы в ломбард, а деньги перевела в детский дом. Эти деньги нужнее им, чем мне. А остальные вещи выбросила в тот день, когда проснулась в постели  незнакомца. 

 

- Их у меня нет. 

 

- Как нет? - одновременно спросили эти двое. 

 

- Вот так. Я выбросила все подарки от тебя в тот же день, когда ты бросил меня у алтаря, а часы продала в ломбард. Деньги положила в детский фонд. Извини, я думала эта подделка, как и все подарки. 

 

- Да ты смеёшься! - взрывается Алина, вырвав руку из захвата своего «жениха». Я молчу, ничего не говорю. Иван все ещё стоит за мной, пока Алина устраивает истерику. Но когда она замахивается, чтобы то ли ударить, то ли оттолкнуть, Иван перехватывает её руку и рычит ей в лицо: 

 

- Руки держи при себе, сучка. Не переходи границы. Ты! - тычет пальцем в Антона, который стоит в стороне и не менее в шоке от происходящего: - Забери свою куклу, и убирайтесь восвояси. Если снова увижу, как ошиваетесь возле сестры, не пощажу. 

 

Алина вырывает руку, а после, размахнувшись, ударила брата в щеку. В подъезде было чётко слышно звук удара. Стало жаль брата. Хотела ударить её в ответ, но понимала, что с насилием дело не разрешу. Однако  когда она во второй раз размахивается, брат ловит её маникюрную руку и отталкивает от себя, а меня скрывает за спиной. Он рычит, как тигр. Он был в ярости. Кажется, Антон это понял и поспешил уйти, взяв невесту под руку. Тишину подъезда нарушало лишь тяжёлое дыхание брата. 

 

- Больно? Прости, из-за меня тебя ударили, - извиняюсь. Я чувствую, насколько удар был болезненным. Ведь мы близнецы и чувствуем боль друг друга. Но Иван молчит. Отошёл в сторону, позволив мне открыть дверь. 

 

Первой в квартиру вошла я, бросив ключи в прихожей, снимаю с себя пальто и сапоги. Иван входит за мной. Пока я переодеваюсь, брат усаживается в гостиной, включив телевизор, смотрит футбол. 

 

- Что будешь? Манты или борщ? 

 

- Давай свой борщ. 

 

Иван не собирается помогать мне. Сидит на диване и просто болеет за свою команду. Накрываю на стол борщ и чай. Для брата горький кофе без сахара. А после зову и брата. К этому время к нам присоединяется и Вика, которая только пришла с университета. И не переодевшись, садиться рядом. 

 

- Ты почему не ешь? - спрашивает брат, пока я пью только чай с тортом. - Из-за них? 

 

Виктория вскидывает бровь, а ложка в её руке так и застывает между  пальцев в воздухе. 

 

- Не поняла? Это о ком вы? Сестра? 

 

- Ничего, забей. Я же с ресторана. Забыл? 

 

Брат уходит после матча, Вика заперлась у себя, делает домашку, а я пошла в ванную. 

 

Где-то два часа принимаю ванну с пеной и вином. Волосы собрала в хвост, одну ногу вытащила из ванны, облокотившись спиной. Перед глазами стоит картина, которая случилась буквально четыре часа назад. Мысль о том, что эти двое встречаются довольно долго и, возможно, встречались в то время, пока я слепо верила в нашу «любовь». От слова любовь дёрнулась, словно при ожоге. Стало тошно. От всего. От мужчин. Теперь в моей жизни не будет место для мужчины. Никаким боком. Пусть все будут тыкать в меня пальцем, но моё сердце для них закрыто. 

 

Вода уже не так горяча, как в начале, поэтому я поднялась и, укутавшись в махровое полотенце, вышла из ванны и забралась к себе. Раскинувшись на  постели, начала рассматривать потолок, будто там есть что-то интересное. Минут десять просто так лежала и рассматривала его, что даже забыла переодеться. 

 

- Дилфина Владимировна, хватит так лежат. Стала слишком ленивой.