Кстати, уговорить Виктора на этот шаг не составило никакого труда. Всего лишь вежливо попросила, сказав, что всё будет хорошо, и я всё проконтролирую. И тот согласился, сказав, что доверяет мне и моему решению.

Мила тогда была безгранична рада, и если до этого относилась ко мне с неприязнью, то после этого её отношение ко мне поменялось, и мы даже начали хорошо общаться. Не сказала бы, что мы стали подругами, но уже не чужими людьми.

Хоть отношения наши и стали теплее, но я знаю, что каждый раз, когда Софи называет меня мамой, Миле становится больно, хоть и скрывает это.  Хотя сейчас ей стало легче, ведь она повстречала человека, которого полюбила всей душей и родила год назад великолепную девочку. Ей стало легче, но её до сих пор мучало что-то изнутри из-за Сони.

– Она с Милой, всё хорошо, – ответила ему, отпрянув от мужа, и взяла за ручку Сашку. – Я пойду, усажу всех к столу. 

– Хорошо, – повела сынишку к столу, сажая на специальные подготовленные места для именинников. После позвала всех к столу, сажая и Гошу с Лёшей. Соня села рядом, но перед этим надела бумажные колпачки на голову своим братцам, поправила на них бабочки, и только тогда уселась. Рос маленький педант, что радовало Виктора.

Позже подошёл Вик и Дмитрий, которые принесли большущий торт, сделанный на заказ. Поставили его на стол и несколько нанятых фотографов успели щёлкнуть торт и гостей с нескольких сторон.

Мои мальчики, хоть и были похожи друг на друга, но были такими разными. Посмотрев на них, невольно вспыхнули воспоминания.

 Помню, когда сказала Виктору, что беременна, будто тот день был вчера. Тот чуть не упал в обморок, а когда отошёл, начал радоваться как малой, созывая всех своих друзей на пьянку. Напился благо не в хлам, и смог добраться до дома сам.

Беременность была тяжёлой, постоянно приходилось быть под наблюдением врача, что меня дико раздражало. Но когда мы сделали УЗИ, и узнали, что у нас будут трое замечательных мальчишек, Виктор на ещё больших радостях выкупил несколько магазинов с игрушками. А после, снова собрав друзей, напился, только вот уже в хлам. А я легче стала относиться к вечному наблюдению врачей, потому что тот вечер от злости еле пережила.

 Притащила Виктора под утро охрана. Так он после этого отходил ещё дня три, а на четвёртый лежал на кровати и заставлял лежать с ним. Тем временем, обняв моё уже сформировавшееся пузико, гладил и целовал его.

Я дико бесилась во время беременности, но Виктор терпел меня как мог. Однажды, я проснулась в три часа ночи, разбудила мужа, и сказала, что хочу позавтракать запечёнными осьминогами, при этом находясь в кабинке колеса обозрения.  Он выполнил всё, что я хотела, но, правда, колесо не крутилось, а лишь стояло на место. Виктор боялся за меня, и чёрт знает что я начала бы вытворять, увидев, что нахожусь на высоте. Наевшись осьминогами, мы поехали обратно домой.

За воспоминаниями, я не заметила, как торт уже разрезали и кусочки уже разложили на тарелки. Повсюду слышалась приятная и весёлая музыка, а аниматоры развлекали детей и гостей. Всё шло хорошо, что меня радовало.

Внезапно почувствовала, как сильные руки обхватывают мою талию и поднимают меня со стула. Повернула голову, увидев любимого, который всё тянул меня на себя.

– Ты чего?

– Пошли отойдём, –сказал он, поднимая меня на руки. Ну ла-адно, отойдём, так отойдём.

Мы отдалились от гостей, которые уже вовсю танцевали, выполняя конкурс ведущего. Мы пришли в сад, где никого не было. Сидя дома, я начала заниматься в свободное время растениями и у меня даже есть своя тепличка, где я выращивала всё, что душе угодно. Виктор опустил меня на гамак, и встал напротив.

– Что ты задумал? – спросила его, поднимая взгляд на его лицо.

– Устал от такого большого количества людей. Хочу побыть с тобой наедине, вдвоём, в тишине, – он подошёл ко мне, и обнял.

– Ну, вообще-то, мы здесь не вдвоём, – хихикнула ему в живот. Крам не понимает, осматриваясь по сторонам, ища лишнего. Не выдерживаю и, смеясь, произношу: – Ты смотришь не туда.

Он непонимающе посмотрел мне в глаза, а я взяла его руку и положила к себе на живот.

– Втроём.

БОНУС. Нянь на один день

Вероника

– Милая, ты чего грустишь? – ощущаю тёплые ладони Виктора на своих плечах и мгновенно покрываюсь мурашками. Ох уж эти его руки, которые одним прикосновением вызывают во мне коктейль приятных чувств.

– Да не грущу, просто… – плакаться не любила, но рассказать решила. – Мама попросила помочь ей с приготовлениями на Новый год. Неожиданно все решили праздновать у них, а она ничего не успевает. Позвонила вот, попросила помочь, а мне отказать пришлось.

– Почему? – слышу нотки непонимания в голосе мужа, а сама вздыхаю.

– Потому что всё это нужно делать и дома. Я не успею и там и там, тем более, когда везде мельтешат пятеро детей, хотя ладно, четверо. Но о пятой-то забывать не стоит, она больше всего внимания требует.