В полной тишине, я очень осторожно прошла по коридору. Несмотря на безлюдность, я все равно до паники боялась, что меня могут случайно увидеть тут. Само по себе это было не опасно. Но вот, если станет известно про нашу с Тайлером тайную встречу… О последствиях я даже думать боялась.

Войдя в библиотеку, я прикрыла дверь и скользнула за шкафы. Спряталась там.

Тайлера тут пока что не было. Я это понимала даже не осматривая помещение.

— Черт… — прислонившись спиной к деревянным полкам, я изо всех сил ладонью сжала запястье. Насколько же сильно оно болело. С каждым мгновением все сильнее и сильнее. Уже давно казалось, что боль достигла своего пика, но, нет, она становилась все мощнее и изощреннее. Уродливее.

Но еще хуже стало примерно через двадцать минут, когда я ощутила приближение Хариса.

Метка начала настолько сильно пульсировать, что мне закричать захотелось. Даже глаза начало покалывать. Впервые в жизни мне хотелось плакать из-за боли. Настолько нестерпимой она была.

Дверь открылась и я тут же выглянула из-за шкафа.

— Ты… нашел способ разорвать истинность? – спросила, с трудом шевеля губами, но при этом даже не пытаясь убрать ту надежду, которая пропитала голос.

Тайлер вошел в библиотеку и закрыл дверь. Его глаза казались очень темными, а кожа посеревшей. По большей степени вид у альфы был болезненным. И, несмотря на то, что внешне Харис толком не выказывал эмоций, я понимала, что его метка болела еще сильнее. Альфы все ощущали намного критичнее.

Правда, опять-таки, не понимала, как та боль, которую испытывала я, могла быть сильнее. Как Тайлер терпел? Почему все еще не обезумел из-за нее?

Хотя… Я прекрасно ощущала то, что мы вдвоем уже на грани.

— Возможно, — он поднял на меня недовольный взгляд.

— Правда? – мой голос дрогнул. Настолько сильно встрепенулась и тут же полностью вышла из своего укрытия. У меня даже ладони задрожали и я, несмотря на пульсирующее жжение, уже сейчас была готова прыгать от счастья. Неужели, этот ад действительно можно прекратить? – Как? Что нужно сделать? Истинность же можно разорвать прямо сейчас? Или нам нужно будет пить какие-то препараты?.. Я… Я готова даже на запрещенные и опасные. Это невыносимо терпеть…

— Потрахаться нужно, — мрачно сказал Тайлер.

— А?.. – уголки моих медленно поползли вниз. – Харис, это не смешно.

— Ты думаешь, что мне сейчас до гребанных шуток? – потемневшие глаза альфы полыхнули яростью.

Я нервно поджала губы. Тайлер выглядел более чем серьезным и очень сильно злым.

— Почему ты решил, что это поможет? – я задрала рукав и сквозь бинт ногтями впилась в метку. Она болела настолько сильно, что я даже разговаривать толком не могла.

Я не стала говорить о том, что слова Тайлера казались полным бредом. Во-первых, это было очевидно. Во-вторых, мне и так было тяжело разговаривать. Я с трудом соединяла слова.

— Я разговаривал с врачом, — Харис тоже поднял рукав. Ненадолго. Просто чтобы посмотреть на свою метку, но я тоже успела ее увидеть и тут же ужаснулась.

Рука Тайлера выглядела жутко. От метки растекались черные, уродливые вены. Словно сама метка пожирала альфу.

— Он сказал, что истинность разорвать невозможно, — продолжил Харис. — Нет ни одного блядского способа.

— Но ты же только что сказал, что есть вариант, — прошептала, вновь не уточняя то, что на этот вариант я вообще не согласна. Просто своим воспаленным сознанием пыталась понять, что говорил Тайлер.

— Этот вариант не проверенный, но мне его обозначили, как единственный, который может быть сработает. Во время секса альфа ставит на омеге вечную метку. Если потрахаться, но метку не поставить, возможно, истинность исчезнет.

— Почему? Как это объясняется? – я несколько раз моргнула, пытаясь хоть немного прояснить сознание.

— Секс и вечная метка идут, как финальная стадия принятия пары. Если порвать эту стадию отсутствием метки, пойдет отторжение. Но это, блядь, не точно.

— А другие варианты? – прозвучало слишком жалобно, но мне уже было все равно. Я ощутила влагу на бинте. Посмотрев на него, поняла, что расцарапала кожу до крови. Но это даже не ощущалось. Блекло по сравнению с тем, как горела сама метка.

— Ты меня вообще слушаешь, Олсен? Я сказал, что их нет.

— Я не согласна на этот вариант с се… — я шумно выдохнула, после чего просто сказала: – Я не согласна.

— Я тоже.

Повисла тишина. Тайлер достал сигарету и подкурил ее. Вместе с этим, он отошел от меня на несколько шагов.

— Давай я кое-что проясню, Олсен, — сказал Тайлер, выдыхая дым. – У меня есть омега и изменять ей я не намерен. Тем более, с тобой. Но чтобы решить проблему в виде связи с таким Олсеновским отродьем, как ты, я мог бы напиться, надеть пакет тебе на голову и трахнуть тебя.

Меня передернуло от гнева. Тайлер, однако, умел унижать. И мне было, что ответить, но в итоге, лишь прошептала яростное «Ублюдок». На остальные слова сил во мне не нашлось.