- Фелиса Гвидиче?

Я обернулась и увидела высокого и довольно массивного мужчину устрашающего вида. Одет он был в деловой костюм черного цвета и, судя по акценту, по национальности являлся немцем. Светлые, коротко стриженные волосы, грубые, но довольно привлекательные черты лица и полная непроницаемость в эмоциях.

- Нет, - я отрицательно покачала головой, с подозрением посматривая на этого немца. Но любопытство все же брало свое. – А вы кто? Я знаю Фелису. Она вышла и вернется только вечером, но я могу сказать ей, что вы приходили и обязательно передам по какому вопросу Фелиса вам была нужна.

- Сеньора Гвидиче, вам запрещено покидать Милан, - мужчина пропустил мимо ушей мои слова и ясно дал понять, что его предыдущий вопрос был лишь формальностью. Он знал, что я Фелиса.

- Почему? – я недоуменно приподняла бровь и бросила беглый взгляд в сторону двери. Эта комната в хостеле была рассчитана на восемь человек, но пока что в ней жила только я и мне было как-то не очень спокойно находиться наедине с этим суровым мужиком. – Кто мне запрещает покидать Милан?

- На эти вопросы я ответить не могу, - немец склонил голову набок. – Но вам лучше не совершать опрометчивых поступков.

- Вы мне угрожаете? – я нахмурилась.

- Нет. Просто даю совет, - мужчина качнул головой. – Вы ведь сегодня купили билет в Дзоньо. Там живет ваша мама и ее сестра. Попытаетесь поехать к ней и будьте уверены, не доедете. Вас вернут.

- Хорошие у вас советы, - я саркастично фыркнула и все же сделала шаг назад.

Именно в этот момент, когда мне ясно давали понять, что из Милана я уехать не смогу, я стала ощущать, что дела мои хуже некуда.

Отступление...

(В этой главе описаны события, произошедшие два года назад)

2017 год. Бергамо.

Ромола влюбилась в это платье, как только его увидела. Длинное и невероятно красивое. Бежевого цвета, но с очень выделяющимися алыми цветами. Конечно, оно не было идеальным, но за ту сумму, которую за платье хотел получить продавец на барахолке, оно казалось для девушки настоящей мечтой.

- Я его немного укорочу. Попробую сама подшить, - сказала Ромола уже после того, как вернулась домой. Она вновь примерила обновку и крутилась в ней перед Фелисой.

Ромоле только исполнилось шестнадцать и в таком возрасте очень сильно хотелось хорошо выглядеть, но денег на красивую одежду не было, а тут попалось такое шикарное, но дешевое платье. Правда, Фелиса радости своей сестры не разделяла. Она окинула Ромолу придирчивым взглядом и сказала:

- Зря ты купила его. Платье на тебя велико.  

- Ничего страшного. Это поправимо, - ответила Ромола с привычной для себя упорностью. – Тебе тоже нужно подшить что-то из одежды? Может, присоединишься ко мне?  

- Если появится свободное время, - уклончиво ответила Фелиса, после чего встала с кресла и неторопливым шагом вышла из комнаты.

Ромола понимала, что у ее сестры не появится свободного времени. Это лишь мягкий отказ. В последнее время девушка их слышала сотнями и осознавала, что свою сестру она больше не узнавала. Они и раньше были не особо близкими из-за разницы в характерах, но все же обе старались найти общие интересы. Сейчас же Фелиса постепенно отстранялась и становилась для своей сестры чужим человеком. Ромола больше не понимала, что происходило в жизни Фелисы, но старалась к ней не лезть. Какой смысл вторгаться в личное пространство к другому человеку, если он этого не хотел? В конце концов, у Ромолы была своя жизнь.

Поскольку у девушки была летняя подработка, шитьем она занималась только ночью. Подшивала впервые, но получилось довольно хорошо. Поэтому, с наступлением воскресенья, когда Ромола опять собиралась идти гулять с подругами, она одела новое платье.

  - Ничего себе! Отлично выглядишь, - стоило Ромоле выйти из квартиры, как ее сосед, молодой парень, тут же окинул девушку заинтересованным взглядом и сказал комплимент.  

В дальнейшем она неоднократно слышала о том, что сегодня выглядела особенно хорошо и, естественно, благодаря этому настроение взметнулось вверх. Ромола всегда была низкого роста и даже в подростковом возрасте напоминала ребенка. В этот же день, она наконец-то почувствовала себя девушкой. Правда, она не понимала, что за последнее время сама по себе стала очень хорошеть, а платье лишь подчеркивало внешность, которую далеко не каждый мог сразу рассмотреть.  

Возвращалась Ромола домой уже поздно вечером. Проходя по одной из улиц, она придерживала низ платья и, напевая полюбившуюся мелодию, шагала по узкому бордюру, когда услышала:

- Мелкая, иди сюда, - грубый и жесткий голос. Да и слова прозвучали не как просьба, а как приказ, которого ни в коем случае нельзя было ослушаться.