— Ты была такая домашняя и в то же время сексуальная в той ночной рубашке! До сих пор забыть не могу.

— Мой ночной гардероб не предназначен для любителей подглядывать!

— Это мы еще посмотрим, — усмехнулся он и пододвинул ей меню. — Какие роллы любишь?

— Круглые, — недолго думая, ответила Кира.

Брови Кирилла поползли вверх.

— Оригинально, а поточнее?

— Красненькие и зелененькие! — продолжала шутить она.

— Хм, такого я, пожалуй, еще не слышал.

— Кирилл, не мучай меня, — попросила она. — Японская кухня и я пока знакомы плохо. Но мы друг к другу стремимся.

— Понятно. Давай сет закажу.

Она кивнула.

— А саке попробовать хочешь?

— С удовольствием.

Через минуту на столике появилась бутылка саке и крохотные рюмочки.

— За тебя, красавица, — Кирилл погладил спутницу по руке и осушил рюмку.

В ожидании роллов он принялся с упоением рассказывать Кире об Олимпийской деревне, красотах зимнего моря.

— Вот и ужин! — Кирилл уже потирал руки в ожидании, когда официант закончит накрывать на стол. — Хватаем палочки.

— Ну уж нет, — ответила Кира. — Я к этим бесчувственным пыточникам не прикоснусь. Не любят они меня.

Кирилл нахмурился и стал наблюдать за тем, как она с невозмутимым видом пытается наколоть ролл на вилку.

— Хватит мучить несчастный ролл! Он у тебя уже распался. Давай покажу, как нужно, — с этими словами он распечатал новый набор палочек и вложил их в руку Киры. — Смотри, как краб хватаешь и уже не уронишь.

Он проделал нехитрую манипуляцию, и увесистый ролл перекочевал с общего блюда в розетку с соусом, а затем к нему в рот. Кира честно попыталась повторить маневр. С третьей попытки у нее получилось.

— Надо же, оказывается из Саши плохой учитель! Кстати, интересно, правда ли, что Японцы всё едят палочками?

— Еще как правда, мы с отцом пару лет назад летали в Осаку, кругозор расширяли. Там натренировались. В некоторых японских кафе про европейские приборы вообще слыхом не слыхивали. Пару дней помучался, а потом тоже научился всё палочками есть. И кухню их полюбил.

— Да, может быть, роллы палочками есть и удобно, но вот рис или лапшу... настоящий ужас, — проворчала Кира.

— Дело привычки.

Непринужденно болтая, они просидели в ресторане около двух часов. Бутылка саке опустела, хотя на долю Киры пришлась лишь пара рюмочек. Напиток ей не понравился. Зато сладкое сливовое вино порадовало.

Кирилл незаметно переместился на скамейку к ней, благо та могла вместить хоть трех человек. Вскоре его левая рука надежно поселилась на ее талии. Ощущать рядом ее теплое мягкое тело было очень приятно.

Кирилл погладил пальцами девичью щеку и спросил:

— Ты домой не спешишь?

Еще секунду назад совсем расслабленная, Кира тут же вытянулась как первоклассница за партой.

— А что, приставать будешь? — спросила она, повернувшись к нему лицом.

— Буду, — честно признался Кирилл.

— Я не думала, что так сразу...

— Три недели уже давно закончились, Кира, — прошептал он и легко коснулся губами ее шеи.

Кира встрепенулась, но отталкивать его не стала. Лишь дотронулась ладонью до его груди. Он тут же сжал ее ладонь и, глядя в глаза, продолжил:

— Я никогда не делал секрета из того, что хочу тебя.

— Я боюсь, — призналась она.

В ее взгляде он легко прочел немую мольбу. Но разгорающееся внутри желание тут же побороло слабые потуги совести. Он поцеловал ее в уголок рта и мягко произнес:

— Доверься мне. Я буду нежен, обещаю.

Кира доверилась.

Через полчаса они уже были в его квартире.

Кирилл не терял времени даром. Едва они избавились от верхней одежды, он подхватил свою драгоценную на руки и отнес в спальню. Положил на кровать и стал жарко целовать в губы. Его пальцы тщетно пытались нащупать хитрую застежку платья. Та всё время ускользала. Кирилл нетерпеливо прорычал:

— Да гори оно огнем! — И раздался треск разрываемой ткани.

Кира охнула, увидев, как он срывает с ее плеча платье. Но Кирилл не дал ей опомниться и придавил своим весом к кровати.

— Куплю тебе новое, — сказал он и накрыл ее рот своим.

Кира мгновенно забыла про платье. Вскоре оно бесформенной тряпкой валялось на полу. За платьем последовали рубашка и джинсы Кирилла. Затем он ловко стащил с нее трусики. Чулки не тронул — они совсем не мешали ласкать ее там, где хочется. Уже полностью обнаженный, Кирилл из последних сил заставлял себя не спешить. Он со знанием дела ласкал ее грудь и бедра. Губы следовали за руками. Кира извивалась под его телом и тихо постанывала.

Кирилл почувствовал, что время пришло, и лег между ее ног.

— Какая же ты сладкая, — произнес он, входя в нее. — Вот так, милая… да…