- Сколько бы ни было, что-то точно есть. Родиону я уже звонил, он инфу на гопника через ментов пробьет. А там уже будут искать выходы на него, - рассказывал Глеб. – Яр тоже по своим каналам инфу нарыть пытается, наблюдать рвется. Ах да, еще я узнал, что у близкого друга Ильи есть дача где-то в далекой деревне, без связи. В принципе, почему бы ему там не скрываться? Я пока пытаюсь его отловить, но он трубку не берет, еду караулить возле дома. Инга с Яром поехали в одно местечко, где Илья часто появлялся. Хотя надежды, мне кажется, мало.

- Где он еще часто появляется? – поинтересовалась Лина. Ей уже осточертело сидеть без дела. Она попыталась было найти в интернете информацию о Рокотовых и о «Соколином оке», но бесполезно. Проще было бы обратиться к Максиму Матвеевичу, тот всегда интересовался историей рода.

Следующие несколько часов прошли в любимом кафе Ильи. Парень здесь не появлялся, да и узнать что-то новое не получилось. Вечером поехали к Рокотовым, долго говорили про «Соколиное око» и аристократическую семью. Как выяснилось, у Максимилиана Матвеевича было предположение, где мог быть спрятан камень:

- В одном из дневников мой прадед рассказывает, что в детстве они много времени проводили в имении графа Смирнина. Наши семьи дружили. Так что, вполне возможно, Александр спрятал камень «Соколиное око» там.

Глава 35 (часть вторая)

- Почему вы не пытались его найти? Если догадывались, где он, - спросил Лаврецкий.

- Видишь ли, Кирилл, во времена Советского союза искать камень было довольно опасно, - улыбнулся Максимилиан. – Тогда за бывшими аристократами слишком пристально наблюдали. Чуть что – лагерь и расстрел. Да и он мог быть спрятан где угодно, не перекапывать же всю усадьбу. Хотя я там был. Сейчас в помещичьем доме музей находится, там не только имущество Смирниных. Шансов найти «Око» очень мало. Его могли обнаружить за сто лет не раз, просто не афишировать. Хотя в Асином возрасте я просто бредил этой историей. Жалко, конечно, что письма пропали, но черт с ними. Лишь бы девочка нашлась. Хорошо еще, что Матвей у нас в юности кладоискательством не увлекся, я все ожидал от него этого.

Об истории камня они теперь знали многое. Когда-то предку Рокотовых этот камень подарил английский граф за спасение собственной жизни во время сражения под Ватерлоо. С тех пор камень стал реликвией, передавался на протяжении ста лет из поколения в поколение. Пока не пропал незадолго до революции.

Из дома дяди Макса они вышли слегка пришибленные обрушившейся на них информацией. То есть шанс найти «Соколиное око», пусть и призрачный, все-таки существовал. Для Василины это было дико, раньше она и не осознавала, насколько знатен род Рокотовых, ярких представителей которых она знала с самого детства. Конечно, она не стала подобострастно относиться к и без того дорогим ей людям. Просто раньше аристократы казались ей выходцами из фильмов и книг, она знала об их существовании, но никогда настолько не понимала, что им может оказаться практически любой.

- Я и не знал, что у нашего Мэта настолько крутая родословная, - словно подтверждая ее мысли, заметил Кирилл.

- Я тоже не понимала, хотя и раньше слышала много рассказов от дяди Макса. Они как сказки воспринимались, - призналась Лина.

Кирилл согласился, и они снова погрузились в какое-то неловкое молчание.

- Вроде бы и прошел весь день, а так ничего толком и не сделали, - грустно вздохнув, разрушила возникшую тишину девушка. – Все самое интересное и то не мы узнаем. Чувствую себя бесполезной.

- Зато мы больше всех знаем о «Соколином оке», - попытался приободрить ее Лаврецкий идобавил. – Правда, непонятно, как нам это может пригодиться. Мы же клад искать не собираемся, нам бы Асю найти. Что, выгонять сейчас будешь? – усмехнулся он, остановившись у ее подъезда.

- Не буду, я папе обещала, - хмыкнула Василина.

- Тогда подожди минутку, стекла протру, - попросил Кирилл, но девушка отмахнулась.

- Кир, я домой хочу. Что может случиться? Мы уже возле моего подъезда, во дворе никого нет. Внутри никакой злоумышленник точно спрятаться не мог, глупо это, меня два дня здесь не было. Волноваться не о чем, совершенно точно, - убеждала Лина. Со всеми этими поисками Аси и Ильи, расспросами, легендами о сокровищах и прочем история с ревнивой поклонницей отошла куда-то на второй план. Чего бояться, она же только угрожает? Да и это скоро прекратится, когда Василина перестанет общаться с Лаврецким. Осталось совсем немного.

От этой мысли стало как-то даже немного грустно. Девушка сама себе уже напоминала маятник. Взмах – и она падает в объятия Кирилла, при этом обвинять его не в чем – сама активно провоцирует и участвует. Мимолетом мелькнула мысль о произошедшем после клуба. Узнает ли она когда-нибудь? И имеет ли это значение теперь?

Взмах – и она мечтает оказаться на краю света, лишь бы не видеть Кирилла, не чувствовать его рук и не ощущать себя от него зависимой. Ей было страшно от того, как быстро привыкла к его присутствию рядом. Как бы не было опять поздно.