Зато теперь в подвале можно было даже траву сушить, которая солнца не любит. Только новую свечку под трубу подставить.

А главное, ценные книги теперь были в безопасности.

Большую часть этих ценных книг составляли любовные романы. Ну, как себе это представляли в нынешние суровые времена. Много описаний чувств и переживаний, подробный разбор каждого платья героини (а меняла она их не меньше пяти раз в день), и верх разврата: поцелуй ручки от лица главного героя.

Ну, а чем еще занимать время девиц, дуреющих от безделья?

Работать здесь аристократия предпочитала, как и у нас, опосредованно. За счет других. То есть знати принадлежали фабрики, рудники, ателье и прочие заведения. А простым людям милостиво позволялось на них работать.

Многое можно почерпнуть из женского романа, если знать, куда смотреть.

Даже в газетах такого не прочитать.

Сами истории любви четко проводили границу дозволенного. В пару ставили исключительно аристократов. Единственный мезальянс, который я смогла найти, получился между одной бедной, но очень честной дворяночкой из древнего рода, в которой проснулась немеренная магия, и принцем, третьим по старшинству, который эту самую магию, то есть дворяночку, оценил по достоинству.

Никаких Золушек в книгах и близко не водилось. Да и зачем аристократии про плебс читать? Как я поняла, простые люди не все и читать-то умеют, тем более, не имеют свободных денег на макулатуру. Им бы хлеб в семью каждый день купить — уже радость.

Брай иногда брала меня с собой в лес. Под честное слово, что я не убегу. Да я бы и без слова не сбежала. Куда? К кому?

Кстати, нужно бы продумать этот вопрос.

Если король прикажет постричь меня в монахини насильно, бежать все равно придется. Поэтому редкие вылазки с травницей за пределы территории пансиона я использовала, чтобы узнать побольше об окружающем мире.

Чаще всего мы выходили на рассвете, даже чуть раньше. Бродили по лугам и опушкам, срезая миниатюрными серпами или выкапывая полезные и вредные ингредиенты под будущие зелья. Брай, не стесняясь своей профессии, гордо именовала сама себя ведьмой, сваренные ею препараты — зельями, а за малейшую мою провинность грозила проклясть. Я хихикала и обещала исправиться.

Для меня это была неплохая зарядка. Долго ходить я все еще не могла, но сама разминка с приседаниями, наклонами и мелкой моторикой для рук была весьма кстати.

Однажды мы забрели особенно далеко. Я не переживала: шли мы вдоль натоптанной тропы, крупных хищников поблизости не водилось, а лисы нас сами боялись. От грабителей у меня был в кармане припасен мешочек с толченым перцем. Не баллончик, конечно, но тоже эффективно. Хотя бандитов в округе тоже не водилось. Король следил за безопасностью в государстве — за разбой полагалась немедленная казнь. Так что желающих рисковать практически не было.

Но на всякий случай порошок я припасла.

Я присела на поляне с земляникой. Лето только вступило в свои права, но сочные крупные ягоды уже налились вкусом и цветом. Витамины мне не помешают, да и Брай чуть поодаль тоже то и дело занималась поеданием урожая.

К нам присоединилась наглая рыжая белка. Я с умилением наблюдала, как рыжая морда, подергивая хвостом, совершенно по-человечески держит в передних лапках бордовую ягоду и быстро-быстро ее ест. Внезапно зверек бросил лакомство и насторожил смешные ушки с кисточками.

Земля под ногами завибрировала — белка прыснула по деревьям куда подальше. Мне сильно хотелось последовать ее примеру, но, глядя на невозмутимо срезающую кору с березы травницу, я все же сдержалась и почти спокойно спросила:

— Это что, землетрясение?

Брай расхохоталась.

— Выдумала тоже! В наших краях таких страстей уже лет двести не случалось. Поезд это.

— Как поезд? — пролепетала я.

Я, конечно, читала в газетах дебаты о пользе и вреде железнодорожного транспорта, но не думала, что рельсы проложены настолько близко от монастыря.

— А куда он едет? — поинтересовалась я, и вовсе не из праздного любопытства.

— Один — в Провенс, другой в столицу, Дорсетт. Там две полосы, — отмахнулась от меня травница: кустик актинидии с острыми молодыми листиками интересовал ее куда больше какого-то поезда.

Примерный план побега начал вырисовываться в моей голове.

Только я не подозревала, что применить его на практике мне придется куда раньше, чем я думала.

Глава 3