- А мир больше ничего не должен давать, - удивилась я его наглости, - жизнь самое драгоценное, что может дать мир, а у вас еще есть магия, вы живете в сказке, и если бы не Мирос, то не было бы войны, не было бы ужаса, не было бы проблем с балансом. У каждого рождалась бы своя истинная. Каждый мужчина был бы счастлив со своей единственной!

- Зачем мне одна, если я могу иметь много? – ухмыльнулся Регон, а я поняла, что бессмысленно пытаюсь ему доказать, что он сделал плохо, совершил ошибку, когда согласился помогать Миросу.

- Я узнала все, что мне нужно было, - сказала я, - перед твоей смертью принесут каплю моей крови, больше я тебя видеть не хочу! Прощай Регон! – я демонстративно отвернулась, и уставилась на мужей.

- Я с тобой побуду, - сказал Дин и приобняв меня за талию повел к двери.

- Ты еще пожалеешь, что не выбрала меня, - послышался разъяренный голос Регона сзади, - я был бы самым милосердным хозяином для тебя.

Я ухмыльнулась, милосердие и Регон настолько далеко друг от друга, что я боюсь представить, что в его понимании милосердно.

Мы не обращая внимания на его крики, открыли дверь, и пошли по коридору. Но голос вампира продолжал врезаться в уши.

- Ты должна была принадлежать мне, - кричал он надсадно, - я ведь болен тобой с самой первой встречи. Ты моя! Целиком! – и он захлебнулся на последних словах, и закашлялся.

Видимо мои мужья в отсутствии меня не такие терпеливые, и не будут слушать этот бред. Я только лишь улыбнулась уголками губ.

- Дин, - в ужасе воскликнула я на верхних этажах, - мы ведь не узнали когда будут прорывы, только поняли по его рассказам, что их будет два.

- Не волнуйся, - улыбнувшись притянул он меня к себе, - Кир составил длинный список вопросов, и он не успокоится, пока не получит ответ на все.

- Хорошо, - выдохнула я.

Адреналин в моей крови зашкаливал, спать не хотелось, а вот температура опять стала подниматься.  И когда мы оказались в спальне, я поняла ,что не следила за сумкой с зельями все то время, пока были в темнице.

- А где моя сумка с зельями? – спросила я, не помня, что бы Дин ее нес.

- Видимо осталась внизу, - хмуро сказал Дин, - сейчас кину зов, что бы кто-то принес ее и напиток.

- Хорошо, - сказала я, залезая под одеяло.

Пока мы ждали, адреналин в крови спал, и теперь мне хотелось спать, а говорить об этом стало настолько лень, что я и не стала. Я так устала, устала бороться, устала противостоять. Глаза стали закрываться, дрема стала окутывать меня такой теплотой, было так уютно в ней.

- Не спи! – слышала я крик Дина, уже почти сквозь сон.

Потом меня подняли, стали трясти, стучать по щекам, не давая мне заснуть, окунуться в эту тьму, которая так меня манила.

- Не покидай нас! Милая, борись! Ты нужна нам! Ты нужна этому миру! – кричал Дин, а я не хотела реагировать на его слова, но они все-таки что-то задели, и в душе стало что-то болеть, не давая мне погрузиться в сон, что злило неимоверно.

Внезапно меня подхватили еще одни руки, и тут же к моим губам прислонили колбу. Жидкость полилась в рот, но мне было лень ее глотать, поэтому она там и оставалась.

- Ну же любимая, пей, - услышала я родной голос Давара, а потом ощутила его руку на своей шее, он гладил меня по шее так, что мне нестерпимо захотелось глотнуть, и я глотнула.

И через минуту это состояние дремы спало, пришла энергия. Мне сразу, как только открыла я глаза, вручили напиток, и я сделала несколько глотков.

- Держись милая, - заглядывая мне в глаза с беспокойством, сказал Давар, - лорд Нейришь обязательно что-нибудь придумает.

- Я знаю, - ответила я, - верю в него и ему.

- Не пугай так больше нас, - сказал Дин, сжимая меня в объятиях, - не засыпай.

- Я устала, - призналась я со слезами на глазах, - из меня будто выкачивают энергию в бездонную бочку, которую никак не наполнить.

- Потерпи милая, - сказал Давар, гладя меня по голове.

- Мне больше ничего не остается, - ответила я, и первые слезинки скатились из глаз, так же как и за окном упали первые капли дождя.

***

Часы ожидания новостей шли медленно, за окном разгулялась непогода, дождь то усиливался, то успокаивался, но не переставал идти, полностью отражая мое внутреннее состояние. Было пасмурно, проморзгло и сыро, прямо как у меня на душе.

Дин и Дан хмурились, но не заводили разговоров, чувствуя, что могут пошатнуть и так неустойчивое эмоциональное мое состояние. Я же молчала, в голове было пусто, не было вообще никаких мыслей, я только смотрела в окно и наслаждалась единением моего внутреннего состояния и погоды.

Ко мне со спины подошел Дин, и нежно обняв за талию, притянул к себе, согревая теплом своего тела.

- Ты у нас очень сильная малышка, - сказал он тихо, как будто боялся нарушить момент единения меня и природы, - нам всем сейчас очень тяжело, но это временные и решаемые трудности. Главное держаться друг друга, и не закрываться. Остальное мы вместе сможем пережить и перетереть. Главное это доверие и полная открытость.