Спустя секунды молчания раздается вопрос, и я вновь смотрю на Ривза. В его холодных глазах загорается странный огонек, проскользнувший змеей и исчезнувший на дне зрачков.

В эту секунду мужчина кажется таким знакомым…

На миг мерещится, что мой Черный Ястреб здесь со мной, и я нахожусь под защитой его надежного крыла…         

92.

  - Вы признаете, что напали на мисс Дэвис? – не дав мне ответить на заданный Ривзом вопрос, интересуется директор.

Вздыхаю. Собираюсь с мыслями и произношу со всем мыслимым спокойствием, даже голос не дрожит:

 - Если в наказание за проступок необходимо принять меру пресечения в виде решения об исключении, я готова. Виновата в случившемся исключительно я. Осознаю и принимаю вину, - короткий вздох и я не удерживаю язык за зубами, бросаю подсознательный вызов этому фарсу. - Да, я виновата в том, что защищалась, не позволила себя оскорблять и не допустила унижения. Исключайте меня!

Звенящие молчание. Три пары мужских глаз, скрещенных на мне. Замечаю, как Ривз откидывается в кресле и склоняет голову к плечу. Знакомый жест.

Выпрямляю спину и сжимаю руки в кулаки. Хоть мне и до жути страшно и решается судьба, но я не прогнусь! Не собираюсь падать на колени и умолять о снисхождении! Я сделаю все, чтобы вывести из-под удара Лу. Мой косяк. Я свое хладнокровие потеряла. Виновата Я! И ответ должна держать только Я.

Гори все синим пламенем!

Моя проклятая гордость всегда со мной. И чем больше мне указывают на мое место, тем сильнее мне хочется укусить и ударить в ответ.

Уже готова услышать приговор, но слышу совершенно неожиданное:

    - Хана первой к вам подошла и начала провоцировать, я прав, Адель? - равнодушно интересуется отец Тайгера… а меня накрывает странным предчувствием. Интуиция кричит, что он точно знает, что именно произошло! Возможно ли подобное?!

Точно брежу, ища в этом матером мужчине союзника…

От расчленяющего взгляда Дэвида Ривза холодок проходится по спине. Он изучает меня равнодушно, считывая, как открытую книгу.

Мне кажется, что в эти мгновения он принимает какое-то решение в отношении меня. Причем на повестке дня стоит не мое исключение из школы, а как минимум жизнь…

Мое больное воображение видит в нем судью и палача, который с легкостью и непоколебимостью способен вынести мне смертный приговор.

Если Тайгер вызывает отклик в любящем сердце, то этот взрослый мужчина давит и провоцирует единственное желание - бежать без оглядки. 

 - Адель, не молчи! – шепчет Луиза, но не дождавшись от меня отклика, продолжает: - Хана зачинщица ссоры! Это она подошла, провоцировала, хотела ударить Адель! По всей территории камеры стоят. Посмотрите записи! Я говорю правду!

   - Вы были в слепой зоне, - отрезает директор, все-таки заинтересовавшись нашими доводами.

Конечно. Кто бы сомневался! Все разборки в этих стенах происходят исключительно в слепых зонах и почему-то все знают, где именно они находятся!            

93.

   - Думаю, нам надо выслушать мисс Дэвис, - все так же растягивая слова, словно раздумывая, произнес директор.

Наконец понимаю его озадаченность… Директору совсем не с руки исключать тех, кто поступил благодаря таланту и отрабатывает свое пребывание здесь, принося славу, почет и медали, поднимая престиж школы! Быть может, именно из-за этого обстоятельства присутствует глава попечительского совета и вообще происходит все это разбирательство...

Для того чтобы исключить стипендиатов, нужны веские причины, и все же это, видимо, не очень-то и выгодно руководству школы.

  - Я бы послушал, что скажет Хана, что думаешь, Пол? - улыбается Ривз, и от его белоснежного оскала мне становится не по себе. Эта улыбка – вызов.

Этот человек провоцирует во мне бесконтрольное чувство страха. Что-то в нем есть потустороннее, заставляющее кровь стынуть в жилах.

   - Ты шутишь?! Я не собираюсь втягивать в это разбирательство дочь! -  отвечает Дэвис, цветом лица приближаясь к бордовой обивке стула, на котором сидит.

Всем своим надменным видом он сигнализирует, что приговор в личном порядке он уже вынес. И вообще не видит смысла в происходящем. Его дочь обвинила, значит, виновный должен быть наказан!

  - В таком случае я как председатель попечительского совета не считаю необходимой меру наказания в виде исключения из школы, думаю, можно обойтись строгим устным предупреждением для ВСЕХ участников инцидента, без занесения в личные дела, - безразлично предлагает Ривз.

  -  Дэвид! Это невозможно! – практически выкрикивает Дэвис, но, встретившись взглядом с Ривзом, резко давится словами.

Отец Тайгера поправляет манжеты белоснежной рубашки и запонки, что блестят платиной. Приковывает внимание к своим четким движениям крупных пальцев. И, наконец, прерывает гнетущие молчание: