Господи, как она могла сказать это, не разозлив его окончательно? «Я начала думать о том, как часто я видела тебя в квартире твоей сестры, и не могла вспомнить столько раз. И поверь мне, я бы запомнила. К тому же, я не могу вспомнить, чтобы когда-либо встречалась с твоей сестрой».

Дон выдохнул, его взгляд блуждал по комнате.

«В чем дело?» — спросила она.

Он неохотно ответил: «У меня нет сестры. Вернее, у меня есть две сестры, но одна замужем, у неё двое детей, и она живёт в Ридспорте, а другая разведена, детей нет, работает медсестрой, как и ты, и всё ещё живёт в Кус-Бей».

Она была в замешательстве и не могла сдержаться. «Что? Зачем лгать?» Глядя ему в глаза, она подумала несколько вариантов. Но она ненавидела лжецов. Её бывший муж лгал и изменял ей, и она не могла допустить, чтобы это повторилось. Именно поэтому она не позволяла себе сблизиться ни с одним мужчиной после развода.

«Я не могу вам всего рассказать, — сказал он. — Скажем так, меня поселили в этой квартире, чтобы я присматривал за немцем».

Боже мой. Дон был каким-то шпионом. Она немного испугалась и очень возбудилась от этой мысли. «Так вот, я обычно видела тебя, когда Шмидт жил в квартире напротив твоей».

«В основном. Я пользовался им время от времени, чтобы обеспечить прикрытие.

Тогда я бы приехал туда как минимум за день до немца. Информация его компании была защищена, и нам нужно было убедиться, что он её не разгласит. Любой ценой. Якудза в Японии пытается стать мейнстримом.

Становятся более легитимными. Они покупают компании. Но от старых привычек трудно избавиться».

Невероятно. «Полагаю, этого мужчину специально привезли в мою больницу».

«Святой Франциск, как вы знаете, только что провёл учения по протоколу борьбы с инфекционными заболеваниями и возможному терроризму, — пояснил он. — Их выбор был логичным».

«А как же то, что я стал пациентом немца?»

Дон ещё раз глубоко вздохнул и поёрзал на месте. «Не знаю…»

.”

«Ты позаботился о том, чтобы я получил задание».

«Нет», — возразил он. «Но другие это делали».

Слеза скатилась по её лицу. «Почему?» — прошептала она.

Покачав головой, он сказал: «Правительство знало, что сможет заставить тебя рассказать им то, что известно Шмидту, если он вообще что-то скажет. У них были на тебя рычаги давления. Через больницу. Через совет по сестринскому делу. Через твой иммиграционный статус. Депортация».

Сара закрыла лицо руками и заплакала. Как они могли заставить её пройти через это? Что она им сделала?

Дон положил руку ей на ногу, но она оттолкнула ее и продолжила плакать.

«Я была для тебя всего лишь заданием», — наконец выдавила из себя она.

«Нет», — строго сказал он. «Вы стали моим заданием, но это не было запланировано. У нас не было времени разместить в комнате одну из наших медсестёр. Это было вопросом национальной безопасности. Извините».

Он протянул ей коробку салфеток, она достала горсть и, приходя в себя, вытерлась.

«Все это было ложью?» — спросила она.

«Нет, нет, нет. Это правда, Сара. Наша встреча была случайной. Но всё, что было после, было правдой. Мне велели защищать тебя, но я бы всё равно это сделал. Ты должна в это поверить».

Она согласно кивнула. Он никак не мог лгать. Он рисковал жизнью ради неё. «Они что, велели тебе спать со мной?»

Он покачал головой. «Мне дали прямой приказ не спать с тобой».

Улыбаясь, она спросила: «Ты не всегда выполняешь приказы?»

«Только самое важное. Я фрилансер, так что могу позволить себе немного дерзости».

«Зачем японцам нанимать этих людей, чтобы убить всех этих людей?» — спросила она.

Дон пожал плечами. «Это их открытие стоит кучу денег.

Японская разведка допросила сотрудников компании. Судя по имеющимся на данный момент сведениям, всё указывает на вице-президента компании, который работал в одиночку. Нанятые им люди были связаны с якудза. Он клянётся, что понятия не имел об этом. Это его версия, и он её придерживается. Пока.

Посмотрим, вылезет ли ещё. Ты же знал, что они японцы.

Она кивнула. «Они говорили при мне по-японски. Но и ещё что-то. Потом я спросила, и они мне ответили, думая, что я всё равно скоро умру».

«В Японии много диалектов и сленга», — объяснил Дон.

Сару всё ещё беспокоило одно: «Почему они так долго меня допрашивали? Они могли бы насиловать меня несколько дней, но не стали».

Дон пожал плечами. «Это всего лишь мои догадки, но, полагаю, они держали тебя в хорошей форме, чтобы использовать как рычаг давления на меня. Когда я улетел в Японию, я оставил след из хлебных крошек, зная, что они смогут отследить мой маршрут».

"Почему?"