– Извините, – растерянно произнёс Рома. Ему было искренне жаль, что его вопрос расстроил женщину.

– Всё нормально, – улыбнулась Полина Васильевна. – Я понимаю, что сама сбила вас с толку. В общем, если Вам так интересно, слушайте. По документам Толик – мой сын.

Рома встряхнул своей лохматой головой. Ему показалось, последняя фраза женщины окончательно лишила смысла продолжать попытки найти логическое объяснение ситуации.

Между тем консьержка продолжила:

– Я всегда очень мечтала о ребёнке. Мысль, что я никогда не смогу быть матерью, отравляла мне жизнь. Но идея усыновить малыша пришла мне только в зрелом возрасте.

Полина Васильевна немного кривила душой. Конечно, мысль о приёмном ребёнке посещала её много раз и раньше. Но только после одного из разговоров с Сайнарой, когда она наконец-то узнала, что за «проклятие» висит над ней и её потомками, она поняла, что оно не распространяется на приёмных детей.

– Когда мне было 59, у нас в посёлке произошла ужасная трагедия. В автомобильной катастрофе погибла целая семья. Молодые родители со своим шестилетним сыном Толиком и его бабушкой и дедушкой возвращались из города, куда ездили на свадьбу к родственникам. Отец мальчика заснул за рулём, выехал на встречную полосу и врезался в огромный КамАЗ. Выжил только ребёнок. По счастливой случайности, малыш почти не пострадал. Но он остался круглым сиротой.

– Почему круглым? У него же должны были быть другие бабушка и дедушка? – спросила Вика. У неё в голове не укладывалось, как можно лишиться всех близких людей в один миг.

– Другая его бабушка умерла от рака ещё до рождения внука, а её муж не вынес удара, спился и через пару лет тоже погиб.

– Бедный малыш! Как он только пережил такую трагедию?!

– Первые несколько дней мальчику не рассказывали, что его родные погибли. Он был в больнице, пока мы всем посёлком хоронили его близких. Я была просто убита горем, ведь очень хорошо знала всю семью. Родители были моими учениками, росли у меня на глазах. Мы все были в трауре, горевали, что потеряли славных друзей, и мы не могли понять, как сказать уже пришедшему в себя малышу, что у него больше нет никого из родных, и ему предстоит жить в детдоме.

Тогда я приняла решение усыновить ребёнка. Я начала оформлять бумаги. Прошла через сотни препятствий и сотни инстанций. Конечно, было очень нелегко убедить органы опеки, что я буду хорошей матерью несмотря на свой солидный возраст, но мне помогла моя репутация безупречного педагога и то, что среди работников любой инстанции находился кто-нибудь из моих бывших учеников.

И вот документы были у меня на руках. Но я понимала, что нахожусь только в начале пути – шестилетнему малышу было всё равно, что написано в этих бумагах. Он не мог понять, почему у него теперь другая мама. Почему эта старая незнакомая женщина должна заменить так горячо любимую им семью. Малыш даже видеть меня не хотел. Впрочем, он никого не хотел видеть. Он постоянно плакал и звал маму.

И тогда я пошла за помощью к Варваре. Не для того, конечно, чтобы она поделилась со мной рецептом приворотного зелья, я рассчитывала на её мудрый совет. Бабка-ведунья объяснила, что мальчик уже достаточно взрослый, чтобы хоть когда-то забыть свою родную мать и принять другого человека вместо неё. Варвара предложила мне попытаться выстраивать с ним отношения как бабушка с внуком. Как бабушка, которая также горюет о смерти его родителей, как и сам малыш.

Когда на следующий день я пришла забрать Толика из больницы домой, он как всегда встретил меня фразой: «Уходи! Ты не моя мама!» «Конечно, нет», – ответила я и села с ним рядом на кровать, – «Но, я любила её так же, как ты, и я скучаю по ней так же, как ты». «Правда?» – удивился малыш. «Правда», – подтвердила я и взяла его маленькую ручку в свою. – «Твоя мама была моей любимой ученицей. Я относилась к ней, как к дочери. А это значит, что ты мой внук». «Правда?» – опять переспросил малыш и заплакал. Я обняла его и заплакала вместе с ним. Его маленькие ручки обвили мою шею. В тот момент мы оба почувствовали, что сможем стать родными людьми.

– Вот так у меня появился внук, – закончила свой рассказ Полина Васильевна.

Вика была потрясена трогательной историей своей подруги. Она долго сидела молча, прежде чем ей снова захотелось говорить.

– Толику так повезло, что в трагический момент его жизни Вы оказались рядом.

– Это мне повезло, что малыш позволил быть рядом.