- Там это, ну, как сказать, в общем... 

- Макс, - рявкнул я, - ближе к делу. 

- Короче, тут у нас такое дело, юрист косяки за главбушкой нашел, - друг говорил, как нашкодивший кот, с опаской. 

- Я недавно с ним сам разговаривал, почему он мне ничего не сказал? - спрашивал я, пытаясь успокоить свой гнев. 

- Он сразу рассказал, только не тебе, а мне. Такую информацию тебе никто в лицо не скажет, побоятся, - голос друга, говорил о том, что и ему этот разговор давался с трудом. Мой гнев и беспокойство, тут же удвоились. Что такого там могло случиться, если об этом боялись мне даже сообщить. 

- Макс не тяни, что там у нас стряслось ... 

Я слушал, стараясь не перебивать Макса, а только нервно дышал в трубку, он останавливался, чтобы услышать мою реакцию, но, не услышав ничего, продолжал. 

Ситуация была такова. 

Весь наш бизнес был в долгах! 

Все, абсолютно все сферы нашего бизнеса, с недавнего времени, работали в убыток, оказалось все очень просто. Большинство закупок для бизнеса производились по завышенным ценам, то есть, мы зарабатывали меньше, чем тратили. Все делалось очень грамотно, в той сфере, которую я брал под контроль, все было чин-чинарем. А как только я переключался на другое, цены опять завышались. Получалось так, что продукты для наших ресторанов, закупались дороже, чем на выходе стоили приготовленные из них блюда. Запчасти для автосервиса закупались по цене, в два раза дороже их реализации, вместе с установкой.  

Выручка оставалась такой же, поэтому никто даже и не заметил, что прибыли нет. Главбушка была очень грамотной, перекрывала убытки одних сфер, за счет выручки других, пока перекрывать стало не чем, и она слилась. 

Все, все, что я создавал с таким трудом и интересом, рушилось в одно мгновенье. Это был конец. Сейчас я это четко осознавал. Несмотря на обширность моей деятельности, основную прибыль, мне приносила продажа оборудования от немецких поставщиков, и, если сейчас, они все-таки не захотят продлить с нами договор, мы окажемся банкротами. Хорошо, еще, если мы все продадим, и не останемся в долгах, потому что как там обстоят дела на самом деле я точно не знал, как и не знал, за что хвататься в первую очередь. То ли лететь домой, вникать и разруливать ситуацию там, пытаясь сделать хоть что-нибудь, то ли остаться здесь, и выбить у немцев такой нужный мне сейчас договор, о возобновлении поставок оборудования. 

- Понял, - рявкнул я молчавшему Максу, - Буду думать, держи меня в курсе. До связи, - и скинул трубку. 

Всю ночь мои мозги опять работали, хорошо хоть в обед поспал. Но теперь мне было не до головной боли и не до усталости. Нужно принимать важные решения. 

На следующее утро я опять поехал в офис немецкой фирмы, в надежде закончить сегодня всю работу и обязательно встретиться с директорами. 

Но меня ждала неудача, их не было на месте, и мне сказали, что меня уведомят. Радовало только то, что работу свою мы закончили, и судя по довольному лицу юриста немецкой компании, все было в порядке. 

- С вами очень было приятно работать, мистер Волков, - переводила мне Моника.  

- Еще бы, - усмехнулся я. 

- Никакого толка от тебя не было, ни одной бумажки сам найти не мог, приходилось дубликаты вызванивать, - увидев, как Моника начала ему переводить мои слова быстро оборвал ее. 

- Не переводи это, дура, - она гневно зыркнула на меня. 

- Скажи, мне тоже было приятно, хер лысый, - и заулыбался. 

- Последнюю фразу, тоже не переводи. 

Мы пожали друг другу руки, и он ушел, а мне пришлось возвращаться в отель, и ждать уведомления от директоров. 

Совсем уже поздним вечером, заехала Моника. 

- Мистер Волков, у вас телефон не отвечает, поэтому мне пришлось к вам лично ехать, надула свои губки Моника, выражая недовольство. 

Я действительно не отвечал, прождав какое-то время, понял, что просто больше не могу сидеть на месте, и пошел в спортзал. А, вернувшись, еще не успел проверить звонки. 

- Ну проходи, раз уж пришлось лично приехать, - сказал я ей с ухмылкой, а она зарделась в легком румянце. 

- Вообще-то, я с не очень приятными для вас новостями, все руководство улетело сегодня в корпоративную командировку, - и добавила с легкой ноткой кислоты в голосе.  

- На Сейшельские острова, и смогут вас принять не раньше, чем через три дня, - мой чайник закипал от гнева. 

- Отдыхать они улетели, так и скажи, - а про себя добавил. Трахаться и бухать, я же для них, так, мелкая сошка, в их то бизнесе, а мне они были нужны позарез, особенно сейчас. Ну ничего, я подожду и выбью из них этот договор.  

Я взглянул на Монику, она язвительно улыбалась, видя, как эта информация просто взбесила меня. 

В моей руке завибрировал телефон, и я не глядя, ответил, бросив короткое. 

- Да.