Кажется, часть про поезд девушку с подносом смутила: она недоумённо захлопала ресницами и умолкла. Мыслительный процесс и сосредоточенность отразились на её лице. А он, к собственному удивлению, издал искренний смешок.

– Я говорил тебе, Сирша, что почти никто не понимает современных фразеологизмов. Лея родом из Палагеды и умерла задолго до соединения трёх миров. – Мужской голос прозвучал мягко, призывая к перемирию.

Обернувшись, он испытал смешанные чувства: лицо было знакомо, но мимика совсем чужая. Мужчина в светлой тунике возвышался на целую голову, девушки и вовсе едва дотягивали ему до плеча.

– Гипнос. – Знакомое имя бездумно сорвалось с губ. – Сирша…

Розововолосая просияла, улыбка сделала её краше.

Кай.

В голове зазвенело от повисшей тишины. Всё вокруг стало совсем чужим. Элион взглянул на собственную руку, внезапно перестав понимать, его ли это тело и есть ли оно у него вообще.

Кассия.

Иво.

В груди заболело.

Мейв.

Мама.

Невидимую плотину прорвало, имена и события градом обрушились на его разум. Перед глазами замелькали пятна, а зовущие голоса потонули за гулом воспоминаний. Он вновь прочувствовал тысячи событий, вся жизнь буквально пронеслась в голове, тараном пробив мысли, и это заняло далеко не миг. Тело одеревенело, пока сознание то и дело окунали в сотни пережитых им эмоций.

Элион пришёл в себя от неуверенного прикосновения к плечу. Он вздрогнул так сильно, что Сирша моментально отступила на шаг. Ему по-прежнему казалось, что земля качалась под ногами, а пейзаж пестрел светлыми пятнами, которые то и дело вспыхивали, размывая зрение. Элион перевёл осоловелый взгляд на мужчину.

– Не Гипнос, – мягко поправил он. – Танатос.

Тяжело дыша, Элион утёр ладонью взмокший лоб, облизал пересохшие губы, пытаясь составить банальную логическую цепочку, но разум продолжал оставаться неподатливым.

По легендам, Танатос был братом-близнецом Гипноса, но их схожесть поразила. Если не считать разницы в росте и длине волос, которые у Танатоса были по плечи, то это было лицо Гипноса, такое, каким Элион его запомнил.

– Я умер, – выдал очевидную истину Элион и почти сразу ощутил привкус крови на языке, запах жжёной плоти. Его плоти. Тело пробрал крупный озноб, но воспоминание о боли накатило мимолётной волной, которая так же быстро отступила.

– Ты умер, – расслабленно подтвердил Танатос. – Как и мы все.

Наверное, последнее замечание должно было успокоить, но Элион почувствовал горестное разочарование. Его взгляд замер на Сирше. Она ответила понимающей улыбкой, в голубых глазах читался отпечаток сожалений и печали, но ни разбитой, ни горюющей она не выглядела, будто смирилась и нашла нечто новое в своём положении.

– Как ты?

Глаза Сирши округлились – похоже, беспокойство и сам вопрос застали её врасплох. Элион осознавал почему. Не сказать, что они успели стать друзьями, скорее, Сирша не доверяла никому из них, искренне заботясь именно о Кассии.

– Нормально. – Её плечи поникли, а губы тронула более живая улыбка. – Даже хорошо с учётом обстоятельств.

Элион с интересом окинул Сиршу взглядом, в руках она держала папку с ручкой. Незнакомка, которая ранее предлагала ему чай, отошла. Девушка была уже вдалеке и подавала напиток какому-то старику.

– Это был чай из асфоделуса… – догадался Элион, и по его спине поползли мурашки. По легендам, асфоделус называли «цветком забвения», который необходимо съесть на полях ожидания, чтобы всё забыть и приготовиться к новой жизни. Элион с ещё большей благодарностью посмотрел на Сиршу. Она защитила его от потери всех воспоминаний и собственного я. – Спасибо.

Она неловко пожала плечами и отреагировала на благодарность кивком.

– Но как… почему ты по-прежнему здесь? – уточнил Элион, чувствуя себя чуть увереннее. Ему наконец удалось победить неразбериху в голове, мысли потекли легче.

Сирша робко глянула на Танатоса. Улыбка бога смерти была поразительно доброжелательной. Он перенял инициативу и объяснил Элиону про замкнутую часть на землях Фантаса, где он вместе с женой и детьми Гипноса пробыл какое-то время. Потом Морфей, Фобетор и Фантас ушли, найдя своим силам второе рождение в новых детях Гипноса, а Танатос и Пасифея остались взаперти, пока там не появилась Сирша, которую притянуло к богу смерти, потому что её тело похоронили на Переправе. По их рассказу, они всё объяснили Кассии, отыскавшей путь к ним. На этом моменте Элион тяжело осел прямо на цветы асфоделуса, ощутив головокружение от мысли, что и Кассия успела умереть. Но раньше, чем Элион о ней спросил, Танатос заверил, что с Кассией всё в порядке, как и с Иво, Каем и Мейв, потому что никто из них на землях ожидания так и не появился.

– На самом деле настоящая удача, что ты ещё здесь, – встряла Сирша. Она присобрала платье и тоже села на траву. Танатос, несмотря на всю свою божественность, сделал то же самое. – По словам Кассии, ты умер раньше, чем она попала на земли Фантаса.