Когда глаза привыкли, я вдруг различила в конце коридора две массивные крылатые фигуры. Раздался грохот, будто твари что-то уронили, и, воспользовавшись моментом, Джосс потянул меня за собой. Скрипнула дверь, и мы нырнули в комнату. Строго говоря, это была даже не комната, а чулан. Мы уже успели изучить ее — здесь располагались метлы, швабры и ведра. А еще тут было настолько мало места, что мы с Джоссом замерли, тесно прижавшись друг к другу. Я чувствовала его дыхание на своем виске, а его рука обвивала мою талию. Да я сама почти уткнулась ему в грудь, наслаждаясь цитрусовым ароматом его мыла.

— Не двигайся! — прошептал он мне в ухо. — С двумя горгульями нам не справиться, но если они нас не заметят… Эрик сказал, что элементали плохо слышат. Если повезет, они не учуют нас и пролетят мимо.

— Но что они вообще там делают? — выдохнула я.

— Видимо, они нашли еду, спрятанную где-то на этаже. Такие тайники — обычная норма предосторожности во время испытаний.

Джосс замолчал, а я отчаянно напрягла слух. Дверь отсекала часть звуков, но я все еще слышала неясный шум в коридоре. И все же, несмотря на нависшую над нами опасность, я не могла не думать о том, что Джосс совсем близко. Я чувствовала его сердцебиение, моя кожа горела под его ладонями. Будто нас не разделяло несколько слоев одежды! В темноте я не видела выражения лица Клиффорда и надеялась, что точно также он не видит моих горящих щек.

— Заранее прости, но мне придется, иначе я задену ботинком ведро.

Я непонимающе нахмурилась, а в следующее мгновение Джосс притиснул меня еще ближе к себе. Голова закружилась, а сердце застучало быстрее, норовя выскочить из груди. Черт, мне даже в одной аудитории с Клиффордом было сложно находиться, а уж в такой близости…

Я шумно выдохнула, и, не удержавшись, положила руку ему на грудь. Джосс вздрогнул, а я, смелея, обвила руками его плечи. Со стороны могло показаться, что я просто ищу удобное положение, но я-то знала, что все иначе.

Помедлив, я вскинула подбородок и вздрогнула — взгляд Клиффорда был направлен на меня. Его ладонь тоже поползла вверх: погладила мою спину и запуталась в растрепавшихся волосах. Внезапно Джосс замер, и я задержала дыхание. Неужели он сейчас отодвинется? Меня затопило горькое сожаление. Я знала, что не имела права на эту ласку, но все же желала ее. 

— Этому просто невозможно сопротивляться! — прошептал Клиффорд.

Он нежно коснулся моей щеки, а затем мучительно медленно обрисовал контур губ и пальцем поймал мой полустон-полувздох. Поджидающая нас опасность, тесный чулан, разделенный на двоих, и жаркие объятия… Все это смешалось в гремучий коктейль, который зажигает кровь и заставляет делать глупости.

Не знаю, кто первым сделал этот шаг. Я приподнялась на цыпочки, а Джосс наклонился и крепче сжал меня в объятиях. Его горячие требовательные губы накрыли мой рот, и я открылась его языку, немедленно ворвавшемуся внутрь.

У меня вырвался непроизвольный стон, а в груди разлилось губительное тепло. Наши языки сплелись в танце, я а беспорядочно гладила Джосса по волосам, впитывала в себя его запах и запоминала его твердое тело. Наше тяжелое дыхание заполняло каморку, а я буквально плавилась в руках Клиффорда.

Внезапный скрип двери заставил нас оторваться друг от друга. Краем глаза я увидела мелькнувшую на свету тень и похолодела. Тело Джосса окаменело, а рука, обнимающая меня, бессильно упала. Без его объятий сразу стало неуютно.

— Амелия, я…  — Хриплый голос Джосса царапнул слух. — Если я скажу, что не хотел этого, то солгу. Но я определенно не должен был касаться тебя.

— Давай просто забудем об этом, — глухо отозвалась я.

Я отпрянула в сторону и вдруг коснулась ногой зазвеневшего ведра. Джосс задвинул меня за спину и резко отворил дверь, одновременно зажигая светляк. Коридор был пуст — горгульи, полакомившись запасами, улетели прочь. Да они бы и не стали смиренно дожидаться за дверью. Нас кто-то видел!

Дальнейший путь мы с Джоссом проделали в молчании. И это не то уютное молчание, которое связывает по-настоящему близких людей. Между нами повисла неловкость, подкрепленная моими страхами и его угрызениями совести. Судя по мрачному лицу Джосса, он точно думал об Итане, которого предавал поцелуями со мной. И который мог погибнуть сегодня.

Я же не могла отделаться от мысли, что собственными руками копаю себе могилу. Притяжение к Клиффорду, безусловно, сильно… Но оно не должно отключать мозг! Если кто-то узнает о нем, то к личности Амелии возникнут вопросы. И именно я вылечу из этого тела как пробка из бутылки шампанского, если всплывет, что я пришлая!

Мы проверяли комнаты одну за другой, и я уже начала сомневаться в словах дриады. Неужели она ошиблась? Или Ребекка и Ладан успели покинуть этаж до появления горгулий? О другом исходе я старалась вовсе не думать.

Очередная дверь не поддалась, зато в комнате послышался шорох шагов. Я налегла на ручку, но что-то определенно удерживало ее изнутри.

— Ребекка? Ладан? — с надеждой спросила я.