Нагруженная книгами, я вернулась в общежитие. Помимо учебников, мне также выдали канцелярские принадлежности и кожаную сумку с эмблемой академии — башней, основанием опирающуюся на солнце. Груз знаний оказался весьма внушительным: руки мелко подрагивали, с трудом удерживая ношу. Остановившись перед дверью, я только сейчас поняла, что ключей мне не выдали ни комендантша, ни соседки. Извернувшись, я постучала в дверь, но та вдруг отворилась. Я отпрянула, но на пороге никого не оказалось. Похоже, ключи не понадобятся — здесь заправляет магия.

Ни Ребекки, ни Изабеллы не было. Я водрузила учебники на стол и, смахнув со лба бисеринки пота, осмотрелась. Самое время заняться магическим контуром. Без свидетелей!

Встав посередине комнаты, я вытаращилась, силясь увидеть окутывающие комнату заклинания. Сова бы позавидовала моим потугам! Через несколько минут я сдалась. Глупо пытаться включить магическое зрение, если я никогда этого не делала. Нужно, чтобы как в прошлый раз контроль над телом перехватила память настоящей хозяйки.

Я зажмурилась, в красках представляя, что я и есть Амелия. Это я жила в монастыре несколько лет, дни и ночи вознося хвалу Светлой матери. Питалась постной кашей и помогала настоятельнице. За зиму она сильно сдала и передвигалась исключительно с тростью. Болезнь плохо сказалась на ее характере, но меня она по-своему любила.

Чужие воспоминания нахлынули приливной волной, и я воочию увидела и скромную келью Амелии: соломенный тюфяк на каменном полу, рядом, на тумбочке — одинокая свеча, пламя которой трепетало от гулявшего сквозняка.

Вынырнув из чужой памяти, я судорожно хватанула ртом воздух и замерла. Перед внутренним взором вспыхнуло переплетение нитей, пронизывающих спальню. Теперь я знала, для чего они предназначены: ярко-красные отвечали за освещение, желтые — за тепло, исходившее прямо от стен. Остальные следили за тем, чтобы на полу не скапливалась пыль, а воздух был достаточно влажным.

Моргнув, я нашла взглядом те самые узлы заклинаний и щедро направила в них магию, сорвавшуюся с кончиков пальцев золотым потоком. Это было настолько естественно, что я рассмеялась. И как мне это не пришло в голову раньше? Узлы запульсировали, поглощая силу, пока не налились ровным сиянием.

Я оборвала поток магии и открыла глаза, возвращаясь в реальность. Меня слегка повело в сторону, а в груди поселилась усталость. Теперь я понимала, о чем говорила Изабелла: тратить магический резерв не так уж легко!

Стоило вспомнить о соседках, как дверь в комнату отворилась, и обе девушки, смеясь, ввалились внутрь.

=19=

— Амелия, как хорошо, что ты вернулась!

Голос Ребекки был подозрительно дружелюбен.

Я неопределенно пожала плечами и метнулась к столу с книгами. Отыскав среди них те, что не относились к программе, засунула их в сумку. Ни к чему девушкам видеть фолиант о пришлых.

— Ты зарядила контур, — довольно отметила Изабелла. — Завтра утром очередь Ребекки.

Та отмахнулась и с любопытством уставилась на меня:

— Это мы еще успеем обсудить! Я послала первокурсницу за чаем с пирожными, а до утра у нас полно времени.

— Но мы должны определиться с расписанием, — возразила я, но смолкла под недовольным взглядом соседки. Она все равно вытрясет из меня все, что ей нужно.

Спустя четверть часа в дверь робко постучали. Внутрь заглянула полноватая девушка с подносом в руках. Она замялась, бросив на нас испуганный взгляд из-под русой челки.

— Поставь на стол, — царственно велела Ребекка. — Как тебя зовут?

Девушка просеменила вперед и, практически не дыша, исполнила приказ.

— Анита.

Голос у нее оказался под стать внешности — такой же невыразительный.

— Анита, хочешь подработать? Получишь два лира в неделю, если будешь относить наши вещи в прачечную и гладильную, а потом возвращать назад.

И это называется равенством в стенах академии? В душе шевельнулась обида. Аристократы всегда найдут способ помыкать остальными, не спасут ни одинаковая форма, ни сумки.

— Ты вовсе не обязана это делать! — вырвалось у меня.

Ребекка хмыкнула, закатив глаза к потолку, а Анита, удивленно посмотрев на меня, торопливо произнесла:

— Я согласна, миледи! Это очень щедрое предложение.

Забрав вознаграждение, девушка тут же исчезла, будто опасаясь, что Ребекка передумает. Нет, мне явно надо держать язык за зубами.

Ребекка разлила чай по чашкам и переложила пирожные из коробки в тарелку. Стоило бросить взгляд на песочные корзинки с кремом, как живот скрутило спазмом.

— Да ты ешь, ничего твоя богиня тебе не сделает.

Соседка так старалась, что я позволила себя убедить, мысленно ликуя. Но вряд ли она просто так устроила это чаепитие. Что же ей нужно?

Ребекки хватило ненадолго.

— И как ты могла не рассказать нам, что помолвлена с Итаном Клиффордом?! — выпалила она.

— Да как-то разговор не зашел… — замялась я.

Теперь ясно, отчего отношение Ребекки так резко переменилось. Я уже не просто монашка, а невеста одного из популярных парней академии.

Изабелла усмехнулась, стащив пирожное с тарелки.