— И всё-таки я не понимаю, почему мы не можем сразу заявиться в императорский дворец. Там хотя бы приличные условия, и нас, как-никак, ожидают?

Резко обернулся к этому недотёпе и прошипел:

— Потому что мне нужно кое-что выяснить. А чтобы это сделать, о моём приезде никто не должен знать, это ясно?

— Ясно, ясно, только зачем всё это?

Раздражённо закатил глаза, игнорируя объяснения хозяина по поводу комнат, склонился к самому лицу племянника и процедил:

— Порой я поражаюсь тому, насколько часто приходится объяснять тебе очевидные вещи, Дарен. Но ради родственника придётся вновь расстараться, изволь. Дешёвый цирк с золотыми невестами для императорских прихвостней и я в нём — какого черта? А я тебе скажу, какого. Хэлленбург что-то задумал. И я заранее должен выяснить, что именно.

Развернулся и быстрым шагом пошёл в сторону входа, спасаясь от мерзкого дождя.

— Но, Лэйтон, — Дарен догнал и теперь шагал рядом, волоча за собой дорожные сумки. - Почему вы не думаете, что это просто жест доброй воли со стороны Императора, желание навести мосты и всё такое? Золотая невеста — это ведь почётно, разве нет?

Почётно?! Ха!

— Шлюха из другого мира — это почётно только для безродных ублюдков или нищих прихлебателей. Все остальные, и я в том числе, способны найти себе достойную жену из знатного рода, которая родит детей с даром. Потому ответ на твой вопрос — нет, Дарен. Для меня это не почёт, а унижение. Но вряд ли дело только в этом. Потому мы приехали раньше и тайно — чтобы узнать правду, зачем Императору понадобилось впутывать меня в этот убогий фарс.

Последние слова прошипел едва слышно, потому что хозяин постоялого двора уже приоткрыл дверь и покорно ждал, пока гости пройдут мимо.

6. Собрание золотых

Ангелина.

На встречу с леди Гликерией я шла за Дафной по коридорам дворца. Впервые мне удалось покинуть пределы своей комнаты. Поэтому на всё вокруг смотрела с любопытством, мысленно приказав себе запоминать расположение комнат и входов-выходов.

Раздражённо потёрла шею. Уродливое ожерелье буквально сдавливало горло, и кожа под ним ужасно чесалась. Интересно, может быть такое, что у меня аллергия на металл?

В коридорах было темно. Освещение давали факелы, торчащие из стен, выложенных серым камнем. Кое-где попадались искусно выписанные портреты каких-то мужчин и женщин в старинных нарядах, взиравших со стен с молчаливым достоинством.

Не успели мы пройти сотню метров, как рядом открылась дверь. В коридор вышла ещё одна служанка, одетая так же, как Дафна, а следом за ней – Майя, моя соседка из загородного дома охотника. Я едва сдержала себя, чтобы не закричать от радости, что увидела кого-то из прошлой, нормальной жизни. Чувство было такое, словно родную душу встретила.

Но уже спустя секунду я поняла, что что-то не так. Девушка мазнула по мне стеклянным взглядом, как будто даже не узнала, и прошла мимо. Я опустила глаза в пол, снова почесала зудящую шею, и молча проследовала за Дафной.

Мы подошли к большим деревянным дверям, которые были слегка приоткрыты. Вслед за Майей и другими прибывающими девушками я шагнула внутрь и оказалась в большом старинном зале, внешне похожем на учебный класс.

Рядами стояли учебные парты со скамьями. В конце зала виднелась учительская доска. Почти все скамьи были уже заняты другими девушками. Я замешкалась всего на секунду, затем уверенно прошла к свободному месту. К счастью, место было на последнем ряду, всё как я люблю, подальше от надзора преподавателя.

Молча опустившись на сиденье, сложила руки на стол, и принялась осторожно, из-под ресниц, рассматривать девушек, почти не поворачивая головы.

Все они выглядели просто волшебно. Про себя отметила, что моё платье самое скромное. Другие не постеснялись ни в цветах, ни в фасонах. Яркие, летящие, воздушные ткани создавали ощущение цветника. Волосы были аккуратно уложены в причёски. Серьги, браслеты, и ожерелья. Ожерелья. Громоздкие, неудобные, слишком тяжёлые и слишком похожие. Да они же одинаковые у всех! Случайно ли?

В эту минуту дверь за спиной хлопнула и мимо меня стремительно прошелестела тёмная ткань.

Секундой позже я разглядывала пожилую женщину в закрытом тёмно-сером платье, возвышавшуюся рядом с учебной доской. Высокая, худая, я бы даже сказала, высохшая, на вид лет шестьдесят. Её лицо было испещрено мелкими морщинками. Седые волосы убраны в высокий пучок. Тонкие губы сомкнуты в твёрдую линию. Цепкий взгляд скользнул по всем девушкам поочерёдно. Я опустила глаза на свои руки, опасаясь смотреть на неё открыто. Наконец, женщина перестала пристально нас рассматривать, сцепила руки перед собой и начала прохаживаться рядом с доской.

— Доброго вечера, девушки. Я леди Гликерия, ваша наставница на ближайшие дни. От лица Его императорского величества Коннора Хэлленбурга VI, я рада приветствовать вас в Империи Альдебран. Поздравляю вас с долгожданным возвращением домой.