— Спасибо, дедушка Ульх, за науку, я ведь и правда вчера ни о чем не думала. И раз уж так, может, посоветуете, к кому насчет положенных денег постучаться?

— Посоветую, отчего ж не советовать. Кроме как с Торном, говорить больше не с кем. Вся городская власть у него, так что и решать ему. А найдёшь ты нашего главу в городском управлении, если успеешь туда попасть до обеда, а так ищи-свищи его потом по всему городу. Когда ехать-то собралась?

— А чего тянуть? Хоть сейчас готова. Только вот как туда добраться?

— Ну, коли быстрой езды не боишься, так и я могу доставить с ветерком.

Ну, вот уж точно не на ту напал. Высокой скоростью напугать меня, которая по трассе на своём железном коне выжимала сто семьдесят?

— Да ну бросьте. Быстрая езда для меня дело, можно сказать, привычное.

Дедушка Ульх, кажется, заметил мечтательное выражение моего лица и лишь хмыкнул, в очередной раз подкручивая свои шикарные усы.

— Ну, прямо-таки привычное, — насмешливо протянул он, решив, что я на себя пуху накидываю (вот ведь нахваталась у детей выражений!) — Быстрее, чем летун, тебя точно возить никто не мог. — Кажется, дед ждал от меня какой-то реакции и расстроился, когда её не последовало. — В общем, будь готова через час, а мне пока нужно свою птичку проверить.

Шестое чувство говорило, что дедуля мне сейчас такой сюрприз преподнесет, что только держись — уж больно у него вид был решительный. Может, стоит отказаться от завтрака? Не хотелось бы оконфузиться, если скоростная езда решит вытащить мой внутренний мир наружу и показать окружающим. Но хотя бы чаем смочить горло не помешает, задерживаться в городе я не планировала, а значит, вернуться к обеду могу и успеть.

✓ Глава 10. Часть 2

Дом начал просыпаться, выпуская из комнат сонных и зевающих ребятишек. Мальчишки больше смахивали на лунатиков, ходящих во сне, а вот девочки, наоборот, были свежи и бодры. В чем причина, стало ясно, когда я отправилась на кухню за чаем и наткнулась на целый женский отряд во главе с Лиеной. У растерянной женщины, судя по всему, даже заданий не хватало, чтобы пристроить всех желающих к делу на кухне.

— Покажете, где у вас тут чайник?

Я ещё не договорила, а к столу уже бросились сразу три девочки. Впрочем, две из них уступили возможность похозяйничать той, что помладше. Я, затаив дыхание, наблюдала, как девчушка неумело орудует с большущим горячим чайником, боясь, что она может ошпариться. Но, слава Богу, обошлось. Похвалив моего юного официанта, прихватив кружку с горячим напитком и плошку с вареньем, я отправилась в столовую, стараясь особо не отсвечивать. Мешать Лиене проводить урок по кулинарному мастерству явно не стоило.

К варенью я была равнодушна, зато никогда не могла найти в себе сил отказаться от выпечки. Ладно, хоть на фигуре это не сказывалось из-за бешеного ритма жизни. Дети, наверное, в последние месяцы не ели ничего сладкого и вкусного. На завтрак каша с небольшой добавкой из лесных ягод, на обед похлебка с кашей, вечером опять эта же каша, уже с рыбой или грибами.

У нас тоже когда-то в семье было туго с финансами, и главным блюдом стала гречка. К восьми годам я просто наотрез отказалась от этой крупы, и до сих пор, уже спустя столько лет, меня даже от одного запаха воротит. Прям фу-фу-фу! И эти дети скоро могут прочувствовать то же самое, только вот у меня был выбор, а у них его нет. Либо каша, либо голодовка. А голод не тетка, съешь и не такое. В общем, надо решать вопрос с продуктами. И меню составить так, чтобы не разориться! Придется искать золотую середину и вносить новации, чтобы было не только дешево, но и вкусно. 

Из размышлений заставил вынырнуть странный звук. Когда он повторился, до меня дошло, что это сигнал дедушки. Так что я быстро заскочила в свою комнату, собрала сумку и вышла во двор.

У крыльца стояла запряженная двумя лошадьми карета черного цвета с интересным гербом в виде летящей птицы. Со стенок ее стекали капли воды — мыл её дед, что ли? Видимо, так и было. Сам же старик выглядел очень представительно… если говорить о кучерах или возницах. Черная шелковая рубаха, идеально выглаженная, и черные шаровары, штанины которых прятались в высоких, почти до колена, сапогах, кожа которых была начищена до блеска. На рубахе вышита красивая птица, такая же, как на карете. А на прилизанных седых волосах фуражка, отдаленно напоминающая шапку-конфедератку с золотой кисточкой.

При этом его усы были идеально подкручены! И стоял дедушка с прямой спиной, неведомо куда спрятав трость, с которой не расставался два дня. Вот уж преображение, ничего не скажешь!

— Ух, дедушка Ульх, вот это вы меня поразили!

— А то! И сейчас я не дедушка Ульх, а летун! А это, — он с гордостью открыл передо мной дверцу кареты и вытащил из какой-то ниши раскладывающиеся ступеньки, — «Черный вихрь»! Добро пожаловать на борт, леди Риштар!