- Кстати, не ожидал, что вы настолько любвеобильны. Вы казались мне серьёзнее, - этак безразлично отметил преподаватель.

   - Что?! Да между прочим Кимет заставил меня сейчас целоваться. Я сопротивлялась до последнего, и никто мне даже не помог.

   - Сопротивлялись вы очень страстно и отчаянно, - насмешливо фыркнул Айаран Неш.

   Разозлилась.

   - А хоть бы и так. Я свободная девушка. Целуюсь с кем хочу и когда хочу. И не вам меня судить, магистр.

   - Свободная? Ника, у вас же есть официальный покровитель.

   Замолчала, не зная, что ответить. Покровитель действительно есть, но именно что официальный. В наш с Инградом договор интимные услуги не входят, исключительно магические. Но не хочу ничего объяснять магистру.

   - Молчите? Впрочем, речь сейчас не о Генте, ведь с ним у вас все равно ничего нет. И покровителем он вашим стал не из-за для того, чтобы иметь с вами интимные отношения. Почему вы смотрите на меня так удивлённо? Я же в курсе истории с проклятием от и до.

   - Так ведь я все равно могу встречаться с Инградом, по собственной инициативе. Вы же не можете знать, что происходит у нас в блоке по ночам.

    - Если вы не в курсе, на вас древний защитный артефакт. В древности его надевали, чтобы защитить  и показать принадлежность живого имущества – рабов - к той или иной семье. Да, увы, когда-то давно наш мир знал, что такое рабство. Так вот, раньше таких браслетов было много, сейчас они под запретом и подлежат уничтожению, хотя во многих знатных семьях такие милые вещицы еще хранятся. Свойства артефакта – показывать принадлежность раба тому или иному роду и защита в случае нападения.

    Я уставилась на браслет, как на ядовитую змею.

    - Не переживайте, этот артефакт уже не несет в себе всех прежних функций, да и мало кто помнит и знает про изначальное использование этих браслетов. Вы ведь свой можете с легкостью снять. Верно? А рабы не могут. Да и защита почти вся выдохлась. Однако кое-что осталось. Раньше, если хозяин переспит со своим рабом хоть раз – защитные свойства артефакта усиливаются, и заклинания на внешней стороне браслета меняются, сообщая окружающим, что данный конкретный раб имеет особую ценность и пробовать ему навредить или украсть будет куда опаснее, чем раньше. Так вот, к чему это я – заклинания на вашем браслете остались прежними, никакого усиления защитных свойств. 

    Убью Инграда! Теперь понятно, чего демон так мялся и не хотел всего рассказывать. А если среди высокородных студентов есть знатоки истории? Что они обо мне думают? Та же Глория, например… хотя какая разница. Вряд ли обо мне и до браслета кто-то что-то более-менее приличное думал, и безопасность важнее, но то, что Инг промолчал, и сейчас перед преподавателем я наверняка выгляжу наивной идиоткой…

    - Скажите, магистр, а следящие функции на браслете сейчас есть?

    - Давайте посмотрю, - охотно произнес преподаватель, беря меня за руку, и стал внимательно проворачивать браслет прямо у меня на запястье. – Я вижу, ы расстроились. Не стоит. Я сам, если бы не увлекся темой древней системы заклинаний, ничего особого не бы знал про артефакт. Заклинания на нем прочесть тоже весьма проблематично, надо знать старый язык и особенности построения заклинаний. Вы, кстати, их сейчас со мной изучаете, так что вам домашнее задание - разобрать все заклинания, что несет в себе ныне этот артефакт.

    Магистр стащил браслет с моей руки, пояснив:

    - На внешней стороне – чисто.

    Мужчина внимательно осмотрел внутреннюю сторону артефакта и вынес вердикт:

    - Да, следилка есть. Но это хорошо, если потеряетесь или кто украдет, ваш покровитель сможет вас найти. Если, конечно, браслет не снимут при похищении.

    Ну, Инград, только вернись в академию.

    - Спасибо за информацию! – я выхватила у Неша браслет, в намерении смыться и обо всем подумать, но мою руку перехватили, останавливая.

    - Постойте, мы не договорили.

    Сейчас меня уже мало интересовало неприятное начало разговора. Даже если я и «любвеобильная». Магистру-то вообще какая разница?

    - Хм. Я не считаю себя любвеобильной. Вот наша травница, например, очень даже любвеобильная. Или преподаватель по теории магии (который, к слову, после Роув, по слухам, завлек в свои сети еще немало студенток). - Да если судить по меркам вашей академии, я вообще ангел. Слухов обо мне, может, и много ходит, но это ваша проблема, если вы по них обо мне судите. Вот, сами заметили, что даже со своим покровителем интимных отношений у меня нет.

    Преподаватель прищурился.

    - Мне доподлинно известно, что вы целовались с нашим бывшим завхозом. Свидетелями этому была почти вся академия.

    - Да, целовалась. Но, по мне, так это не показатель любвеобильности. Любви, во всяком случае, с моей стороны не было. И подумаешь, поцелуи. Мы же не спали вместе, хотя Диф и очень настаивал. Встречаться с завхозом я не стала. А целоваться, на мой взгляд, может кто угодно и с кем угодно. Это ничего не значит.