- Кирилл, - обращается ко мне, - может, ты объяснишь, что происходит? Я ничего не понимаю.

Я стараюсь тщетно промокнуть брюки услужливо принесенными управляющим салфетками.

- Какая-то девчонка специально, я в этом уверена, опрокидывает на тебя заказ, а потом убегает, так и не объяснившись, - Лариса как будто для себя восстанавливает картину случившегося.

А ей нельзя отказать в смекалке. Даже она поняла, что поднос упал на меня не просто так.

- Кирилл? – она вопросительно смотрит на меня.

Дальше отмалчиваться не имеет смысла.

- Ты все правильно поняла, Лариса, - говорю я и серьезно смотрю ей в глаза. – Девчонку зовут Ксюша и она моя девушка.

Опа! А ведь я впервые вслух сказал то, о чем даже не решался подумать: Ксюша – моя девушка.

- Кирилл, - восклицает Лариса, - но как? А как же мы?

- Мы? – уже удивляюсь я. – Лариса, какие «мы»? «Мы» не стало, когда ты отказалась вернуться со мной в Москву.

- Но я ведь приехала сейчас!

О, да! Она, похоже, действительно, считает это за милость и ждет от меня коленопреклонения.

- Ларис, давай откровенно. Нас ведь с тобой по сути ничего и не связывало. Даже когда мы были как бы парой. У тебя – свои интересы, у меня – свои.

Я не стал говорить, что по большому счету нас связывала только постель. Да, и она в последнее время связывала все меньше и реже.

Лариса начинает нервно перебирать пальцами салфетку.

- Неужели, я тебе совсем не нравилась? И ты не скучал по мне?

Блять, как сложно расставаться с женщинами. И почему им так важно знать, что мне они, пусть и когда-то, нравились и по ним скучали? Даже тогда, когда они уже понимают, что все прошло и будущего нет?

- Ну, конечно, ты мне нравилась, Лариса, - выдавливаю из себя. Видимо, во мне еще осталось что-то человеческое, раз я не решаюсь просто послать ее. – Но все меняется. Ты – славная девушка. И красивая. Ты еще встретишь более достойного мужчину.

Да, ну, нахуй, я говорю как слюнтяй из мелодрамы. Пора остановиться.

Демонстративно смотрю на часы.

- Мне пора, - говорю вслух и прошу официанта записать на мой счет столик и все, что еще закажет дама. Я знаю, что она закажет вина. Главное, чтобы, напившись, она не принялась названивать мне.

А мне, действительно, пора. После того, как я переоденусь, мне еще предстоит найти эту маленькую стерву, которая обещала возместить мне все расходы. Кажется, я знаю, где ее сегодня стоит искать.

66. Ксюша

- Паша, отвези меня вот по этому адресу, - я показываю ему в телефоне адрес Анжелы. Домой я сейчас не хочу. – Это моя тетя, так что не переживай, папа не будет против.

Паша ухмыляется.

Всю дорогу я сижу, отвернувшись к окну. Меня душат слезы, которым я не могу дать волю. Не при Паше. Это в ресторане я была такая храбрая и гордая, а сейчас я вся сжалась в комок. Меня как будто нет, меня смяли, уничтожили.

Кирилл опять обманул меня. А что, если он каждый вечер после того, как отвез меня домой, ехал к этой блондинке? Днем трахал меня, а вечером – ее. Меня передергивает. Фу, какая мерзость!

- Приехали, - как будто будит меня от моих кошмаров голос Паши.

Я хватаюсь за ручку двери, но Паша удерживает меня за запястье. Я поднимаю на него глаза.

- Ксюша, мне жаль, что у нас получился такой вечер, - он извиняется за то, в чем нет его вины. – Я надеюсь, что у нас будет возможность все исправить. Я хочу увидеть тебя снова.

На долгие препирательства сейчас у меня нет сил, поэтому я просто киваю ему и, не дожидаясь, когда он поцелует меня на прощанье, а я уверена, что он намеревается сделать это, я выбегаю из машины и захожу в подъезд.

Как только за мной закрывается дверь подъезда, я даю волю слезам. Я тихо реву в подъезде. Слезы катятся по моим щекам и падают на ступени. В носу неприятно щекочет. Я не хочу идти к Анжеле в таком виде, но не могу остановиться. Слишком сильна обида. Так я стою зареванная и обиженная, наверное, минут десять, не меньше, пока дверь подъезда не открывается и не входит старушка. Чтобы не вызывать лишних подозрений у бдительной пожилой женщины, я бегом поднимаюсь на третий этаж и звоню в дверь Анжелы. Очень надеюсь, что она сегодня дома.

Раздается звук открывающегося замка и дверь мне открывает сонная Анжела. Она спала?

- Ты? – Анжела удивленно приподнимает бровь.

Я молча захожу в квартиру, прислоняюсь к стене там же, в коридоре, и медленно стекаю по стене вниз. Закрываю лицо руками и, уже не сдерживая себя, реву. Анжела как будто просыпается, садится рядом и обнимает меня.

- Кирилл? – только произносит она.

Я киваю, не отрывая рук от своего лица. Анжела поднимает меня за плечи и ведет в комнату. Мы садимся на диван. И молчим. Она дает мне выплакаться, не приставая с расспросами.

Спустя какое-то время я успокаиваюсь и только всхлипываю. Анжела все еще держит меня в своих объятьях.

- Хочешь чаю? – спрашивает она. Опять молча киваю.