Я, все-таки, резко ударяю по тормозам и слышу сзади недовольный сигнал. Машина, которая чуть не въехала мне в зад, объезжает меня, и в окно я вижу недовольное лицо водителя, который крутит пальцем у виска. Похрен, меня ждет история поинтереснее.

- Что у тебя? – с искренним интересом спрашиваю я.

- У меня комендантский час. В 20.00 я должна быть дома, - похоже, она не врет и говорит искренне.

Средневековье какое-то. Комендантский час для молодой девчонки. В Москве. В наше время. Может, на ней еще и пояс верности одет? Хотя нет, его нет, в этом я убедился. При воспоминании о том, как мои пальцы ласкали ее, я чувствую, как возбуждение опять начинает расходиться по телу, обжигая и ударяя током. Я трясу головой и сильнее сжимаю руль, пытаясь ослабить наваждение.

- А если ты не придешь к 20.00? – мне и, правда, интересно, какое наказание придумали душегубы для девчонки.

- Меня отправят к монашкам в Англию, - Ксюша удивляет меня все больше и больше.

Я улыбаюсь: интересно, кому в голову пришло такое наказание? А девчонка не так проста, как кажется.

- Пожалуйста, - она так жалобно и верно смотрит на меня в этот момент, что я практически начинаю чувствовать себя чудовищем. И мне становится даже интересно познакомиться с ее родителями, которые так рьяно берегут честь дочери строго после 20.00.

- Хорошо, - я глажу ее по щеке, - но ты не представляешь, чего мне это стоит. Говори адрес.

Ксюша называет адрес и мне он кажется знакомым. И не потому, что это практически соседняя улица рядом с моим домом. Нет, что-то другое гложет меня, не давая успокоиться, пока я не вспомню.

На часах 19.45. Мы подъезжаем к ее дому и я понимаю, что меня гложет. Это дом Антона. Вернее его семьи. Догадки одна за другой требуют подтвердить или опровергнуть их.

- Спасибо больше, - произносит Ксюша и кладет свою руку на мою.

Я перехватываю ее ладонь и спрашиваю:

- А как твое полное имя-фамилия?

- Орлова Ксения Валерьевна, - спокойно произносит она.

- Так ты, что, дочка Валерия Орлова? – я не могу скрыть удивления и разочарования одновременно.

- Да, - не понимая такой моей реакции, отвечает Ксюша.

Сука! Я отпускаю ее руку и сильно бью обеими своими руками по рулю. Сука! Сука!

Вижу испуг в глазах Ксюши и понимаю, что должен успокоиться и нормально попрощаться с ней.

- Спасибо тебе за дивный вечер, - я пытаюсь произнести это нежно, но чувствую, что получается не очень. Я наклоняюсь к ней и быстро целую в губу. Слышу ее выдох разочарования из-за быстроты поцелуя. Но теперь я по-другому просто не могу.

Ксюша выходит из машины и скрывается в подъезде, склонив голову. Сука, я, все-таки, ее обидел.

Я крепко сжимаю губы и взглядом пытаюсь разбить лобовое стекло. Мне не хватает матерных слов, чтобы описать мое состояние.

Она – дочь Валерия Орлова, папиного друга и партнера. Я не могу ее просто трахнуть. Без последствий. Какого хуя я вообще к ней прицепился? Пусть живет дальше. Я должен выкинуть ее из головы. На хрен мне эти неприятности? Что, я не найду кого трахнуть?

И я вспоминаю о сегодняшней встрече в лифте с призраком траха из прошлого. Достаю визитку, которую забыл выбросить, из кармана и набираю номер:

- Марго?

36. Ксюша

То, что творил Кирилл со мной сегодня вечером, не было не похоже ни на что, случившееся со мной в жизни. Я не могу похвастаться богатой сексуальной жизнью. В принципе, и жизнью-то это назвать нельзя. Так, было пару раз. С одноклассником. Хотелось стать взрослой. Чтобы как все.

Эти пару раз меня вообще не впечатлили и я уже начала считать все эти порнофильмы разделом фантастики, потому что так кричать и стонать вообще, на мой взгляд, не было причин.

Но сегодня Кирилл просто разрушил меня. Меня прежней не стало. Его пальцы сотворили чуда, а мне хотелось, чтобы он сам оказался во мне. Но комендантский час! Я почти забыла про него!

И как же стыдно было говорить об этом Кириллу. Но теперь я точно не могла улететь к монашкам. После всего того, что пережила сегодня. Теперь я знала, что могу потерять.

Кирилл, похоже, обиделся, потому что он как-то резко изменился. Стал холоднее, что ли. Холодно поцеловал меня на прощание, не дав даже опять ощутить вкус его губ.

Я же видела, что нравлюсь ему. То, что я хотела бы, чтобы оказалось во мне, так горячо прижималось ко мне во время наших ласк.

- Ты сегодня едва успела, - голос папы отвлек меня от мыслей.

Я уже вошла в квартиру.

- Да, пришлось задержаться по работе, - ответила я, прикусывая опухшие от поцелуев губы.

- Может, мне поговорить с Константином Михайловичем, чтобы тебя не нагружали сверхурочно? – папа опять проявляет заботу.

- Не надо, папа, все нормально. Так же бывает на работе. Я пойду, устала сегодня, - и я убегаю в свою комнату. Ни ужинать, ни вести разговоры мне сегодня не хочется.