Чувствую, как Добрыня сзади надевает на меня мою куртку. Выправляет крупный локон из под воротника.

- Мы под лештницей вышли... - с ранцем за плечами, перелезает через забор Иринка. - Там что-то ташкали дядьки.

Добрыня подхватывает ее, как невесомую игрушку, перетаскивая через забор.

Трогаю ее ледяные уши.

- Быстро в машину!

- И мама - следом... - подхватывает меня за талию.

Ай... ай... ой... - сжимаюсь от его смелых прикосновений, неуклюже пытаясь воспользоваться помощью и сесть в машину.

Грациозность моя на троечку!

Потом ругаюсь по телефону с их классной, что дети сбежали с музыки, а их никто не хватился.

Добрыня курит и разговаривает с Ириной через открытое окно.

- Чо - хулиганка, с уроков значит, бегаешь?

- А ничо не будет! - легкомысленно машет она рукой.

- Ещё как будет.

- Пф! Мама у наш "шлабохарактерная", - повторяет слова отца. - Она наш не наказывает!

- Слабохарактерная?? - сурово переспрашивает у неё Добрыня.

- Да-да...

- Но правила у нас теперь новые, подруга. Кто у нас сбегает с уроков, ходит без куртки... тот - что?..

- Что? - с вызовом прищуривается она.

- Не ест охренительный трехъярусный торт-мороженое, который я сегодня заказал. С желе, манго и зефиром. М-м-м! - мычит, изображая гастрономический кайф. - А пьет горячую воду с лимоном. И греет ноги в тазу с горчицей.

- Ма-а-ам!! - вытягивается обиженно ее лицо.

- Да! - гневно подтверждаю я. - Лимон и горчица. И никакого мороженого.

- И зашивает свою куртку.

- Ой да ладно, я ей новую...

Добрыня обрывает меня взглядом.

- Не саботируй!

- А-а-а... Ой. Шьёт, да.

Шепчу ему:

- Мы не умеем шить... Мама - рукожоп, - распахивая глаза, признаюсь честно. - У меня даже ниток и иголок нет.

Тихо смеется.

- Я умею. Научу.

Вау. Ладно.

Надувшись, Иринка сидит в телефоне, играет во что-то.

Дожидаемся Алину. У нее ещё один урок. Пишу ей, что ждём.

- А мы чем будем отмечать? Шампанское? - уточняет Добрыня.

- Ой... - свожу жалобно брови, отрицательно качая головой. - Не люблю я его. Только деньги тратить...

Опять я не принцесса!

- "Наша киска купила бы виски"? - играет бровями.

- С колой! - заговорщики прикусываю губу.

- Наш человек!

Напряжение наконец-то спадает между нами.

- Встали в жопе мира, - ворча залезает в машину Алина. - Еле нашла вас! Мам, можно я на первом сиденье поеду?

- Можно... - пожимаю плечами, отстегивая ремень.

- Нельзя! - одновременно со мной произносит Добрыня, давя моей рукой обратно и пристёгивая. - На первом всегда сидит мама.

Большая его кисть так и остаётся на моем кулаке. Палец скользит по обручальному кольцу.

И я опять дышу через раз.

- Замёрзла? - сжимает крепче.

Алинка недовольно цокает.

- Ну какая разница?

- Если ее нет, то и вопроса нет. Пристегнулись, барышни!

А Анатолий всегда перед дочками старается тонко меня опустить. Дать им понять, что они значимы, а я нет. Что я их прислуга. Но, видимо, это ненастолько тонко, и даже дети, уловив, перестали любить его за это. Хорошие у меня девчонки на самом деле. Хоть и надо признать, что балованные... Бесхарактерная я!

Рука Добрыни наконец-то отпускает мою.

Он такой тактильный, что меня каждый раз от неловкости накрывает. Но это же просто по-братски. Надо как-то... не залипать! И относиться к этому проще. Нам ещё долго жить вместе друзьями.

- Так, твоих забрали, - резюмирует он. - Теперь - за моими, тортом и Джеком!

Глава 11 - Карлсон

- Тихо! - не выдержав кипиша на заднем рявкаю я. - Я говорю.

Дети обрывая ругань замолкают, переставая толкаться.

Перед домом жуткая грязь, плитку будут класть только когда земля немного подсохнет. В сезон не успели.

Надо хоть доски положить.

- Все сидят на месте. Я загоню машину во двор и только тогда выходим.

- Почему?

- Потому что мыть одни ботинки и коридор после них, быстрее, чем после шести пар, Ярик.

Выхожу открыть ворота.

Ежусь от мокрых снежинок падающих за воротник.

Достаю сигарету.

Пару раз стукнув костяшкой в окно Веры, жду, пока она опустит стекло.

- Зажигалку подай, пожалуйста.

Протягивает мне.

Ловлю вместе с ее рукой. Щелкаю прямо так в ее руке, затягиваясь.

- И обратно положи, улыбаюсь ей, флиртуя.

- Привет, котик...

Блять! - словно током щелкает меня сзади.

Закашливаясь дымом, ошарашенно разворачиваюсь на голос Аделины.

Кто??.. С хуя ли я теперь "котик"? - дёргаю с претензией бровью.

- А я мимо пробегала, смотрю, ты.

Дёргая за воротник, впечатывается мне в уголок губ.

Да ё-моё...

Аделина, да. Ты не свободный вообще-то мужик, Добрыня, забыл?

- Привет, - тру лицо после поцелуя.

Пальцы в помаде.