Не став перечить, Лера тянет за резинку трусов вниз, и моя восставшая плоть вырывается на свободу. Она не отводит глаза. Просто молча смотрит и покрывается ещё большим румянцем. Терпеть такое сильное возбуждение болезненно и чревато быстрой разрядкой для меня.

— Если ты передумала, мы можем...

— Нет! — перебивает взволнованным голосом и не отводит завороженный взгляд. О черт! Я сейчас кончу только от того, как она изучает его, при этом кусает губу, возбуждая меня до предела.

Сажусь на корточки перед ней и протягиваю пальцы к её кружевным трусикам, медленно проникаю под ткань, зацепляя, тяну их вниз.

— Я хочу посмотреть на тебя...

Она неуверенно раздвигает ноги, предоставляя мне возможность впервые взглянуть на её нежное лоно. Эти губки похожи на розовые лепестки слегка распустившегося бутона розы. Я был в охренительном восторге, что её непутевый муж не затрахал своим стволом эту нежность, и что она оставалась свежей и сочной. Сглатываю и перевожу взгляд на её глаза. Белоснежка прикрыла их всё также пылая нежным румянцем из-за моих откровенных осмотров.

— Ты сводишь меня с ума, Валерия... — аккуратно, чтобы не поранить нежную кожу девушки, разрываю красную ткань трусиков и прячу в кармане брюк. Обнимаю её за упругие ягодицы и притягиваю к себе, нежно касаюсь поцелуем её плоского живота и провожу языком влажный след вверх к её груди, поднимаясь при этом в полный рост. Вцепившись в мои волосы, девочка выдает грудной стон. Ей нравится то, как я её ласкаю.

— Обхвати меня бедрами, Белоснежка! Хрипло приказываю и подхватываю её под попу, прижимая к своему торсу, упирая её спинку в холодную стену лифта.

— Я хочу видеть твои глаза! Просто смотри на меня...

Согласно кивает головой, облизывая свои губы. Её стройные ноги крепко обхватили мою поясницу. Зарываюсь носом в ложбинку на груди и жадно втягиваю любимый аромат. Прикусываю нежно вздымающийся холмик вместе с тугим соском и получаю удовлетворенный глухой стон. У моей девочки очень чувствительная грудь, это заметно по её реакции на мои действия. Она прогибается как кошка, которую гладят по спине. Я больше не мог тянуть время. Предвкушая нашу близость во мне назревал атомный взрыв. Это нестерпимо и неудобно внизу, где сосредоточилось моё необузданное желание.

— Ты предохраняешься, Валерия? — спрашиваю в последний момент, когда вспоминаю о презервативе. Я не рассчитывал на спонтанный секс и просто не вооружился очень важной мелочью.

— Пью противозачаточные, — выдыхает фразу мне в лицо вместе с воздухом. — Но ты можешь использовать защиту..

— Я хочу тебя чувствовать без резинки, поэтому спросил. За меня не стоит волноваться, я здоров. Прости, но я не могу больше медлить, я сейчас взорвусь.

Она задыхалась также, как и я. Острая реальность происходящего сводила с ума!

— Что же ты со мной делаешь, девочка моя? Я как мальчишка — в полной растерянности!

Опуская её чуть ниже, касаюсь головкой теплой влаги между ее складочек. В её взгляде ловлю страсть, она отражалась в моих глазах безумием. Медленно, приближаясь к ней, насаживался осторожно и робко, наши глаза блестели, её желание не меньше моего. От прикосновения к горячему лону терпение лопает и сделав резкий толчок, врываюсь в хрупкое тело до упора, проникаю в свою женщину, сжимая её бедра до синяков, как свою собственность.

— Ты моя! — рычу ей глухо в шею. — Моя, Белоснежка! И это не исправить, как бы ты не протестовала по этому поводу!

Делаю очередной резкий толчок и снова вторю:

— Моя!

— Аа-ах! — раздалось над моим ухом, и я замер в ожидании, испугавшись, что причинил ей боль.

— Ты очень тугая, если пожелаешь, мы прекратим всё, не хочу оставить неприятные впечатления в этих экстремальных условиях.

Её шея так сладко пахла, и завлекала, пробуждая во мне острое желание осыпать её жаркими поцелуями.

— Ты много болтаешь, мне нужно привыкнуть к тебе и к твоему... огромному потенциалу. — ухмыляется и прикусывает мою шею, нежно водя по коже язычком. Набираю скорость и вбиваюсь в неё с новой силой. Все что меня сдерживало до этого момента, взорвалось, отбрасывая нас взрывной волной в другую реальность, где только я и она, где наша страсть и необузданный голод. Я никогда не испытывал такого блаженства от секса с женщиной. Её тихие стоны вырывали из меня последние крохи реальности. С каждым толчком я чувствовал приближение разрядки, настолько был возбужден и одержим ею, что с трудом сдерживал себя закончить первым, не доведя её до грани наслаждения, до взрыва самых сладких эмоций. Лера впивалась в меня дрожащими губами, вцепившись в волосы с такой силой, что вот-вот оставит в своих ладошках вырванные клоки. Но эта боль меня ещё сильнее заводила, заставляла вдалбливаться в её тело всё быстрее и глубже. Мы оба едва дышим, покрываясь капельками пота. Шепчу ей нежные слова, на миг отрываясь от её искусанных мною губ.