Бес опустил поднос на прикроватную тумбочку и аромат свежей выпечки и утреннего кофе пробрался в мой нос, вызывая обильное слюноотделение.

— Держи, иммигрант! — протянул хрустящий, французский сливочный круассан Ильи. Мальчик с аппетитом набросился на сладкую булочку.

— Ты мой папка? Малинка сказала, что ты мой папка. Почему ты Лыжую убишь, а маму не убишь?

Мой мужчина закашлялся и озадаченно почесал затылок, протягивая малышу небольшую детскую бутылочку с водой. Моё сердце пропускает удар. Мурашки покалывают в подушечках пальцев.

— Потому, что твоя мама любит другого дядю и свою работу, а я люблю мою Рыжую Мандаринку!

Добродушно улыбнулся и потрепал мальчишку за тёмные кудряшки.

— А меня ты убишь?

Илья заглянул в глаза Кириллу, будто котёнок из мультфильма «Кот в сапогах» из Шрэка.

— Люблю, малыш... а как же иначе!

Любимый взял с нежностью руку Ильи и поцеловал пальчики.

— Ула! Ула! И я тебя лублю! Папуличка Бес! — набросившись с крепкими объятиями на Бестужева, малыш чмокнул его в щёку и принялся поглощать дальше свой вкусный завтрак.

— Ха-ха-ха!... — иди, приручи своего огромного Гризли! А я Катюшу разбужу. Мне на работу собираться нужно, а вам — гулять по магазинам! Ррррр!...

Кирилл рыкнул на мальчика, играючи, и зашёлся заливистым смехом. Я старалась лежать, как мышка, не шевелясь, настолько было приятно слушать их общение, что не заметила, как погрузилась в мир грёз и счастья.

— Аааа! Он такой огломный! Кил! Я его плилучу! Он не лычит! Он холоший, как ты! И ты не лычи! Лллл!...

Огрызнулся по-доброму, рыкнул и убежал приручать свою, видимо, новую игрушку. Тут я и не выдержала, стала тихо сотрясаться всем телом от нахлынувшего на меня смеха.

— Врушка-притворяшка... — горячее дыхание Кирилла обожгло мой, широко улыбающийся рот. Я не успела распахнуть глаза, как губы любимого впились сладко в мои и невыносимо нежно, чувственно поцеловали. Они скользили по моим губам, прикасались вместе с наглым языком, который ласкал чувствительные точки во рту. Поцелуй Беса медленно перерастал в напористый, горячий, с тихим мужским стоном удовольствия, сопровождался покусыванием, будто ревновал, заявлял свои права на меня. Желание оседлать Кирилла сверху и отлюбить до потери пульса резко возросло в животе, заныло, разлилось теплом до самых кончиков пальцев.

— Я хочу секса... — шепчу ему в приоткрытый рот, переводя дыхание. У тебя в офисе найдётся няня на полчаса? Думаю, пришла пора обкатать моей попой твой рабочий стол в кабинете?...

Кирилл удивлённо поднял бровь, отстранился и поправил возбуждённый член в спортивных брюках, который соблазнительно выпирал в области ширинки и этим создавал неудобства мужчине.

— Зря ты это сказала, милая! До того момента, как я тебя трахну на рабочем столе, мне придётся полдня втягивать живот и забинтовать плотно к паху непослушный кол, чтобы ни одна человеческая душа его не разглядела!

— Аха-ха-ха!.., но мне то можно... будет... разглядеть? Мм??...

Мои пальчики потянулись к мужскому желанию и мягко погладили, дразня. Кирилл закатил глаза и хрипло простонал то ли мат, то ли ещё какое-то слово, я так и не разобрала. У самой в голове кроме бури эмоций и накатившей утренней страсти больше ничего не было.

— И не только разглядеть... ещё и попробовать на вкус... ммм... — прикусываю указательный палец и задумчиво поднимаю глаза на ошалевшего Кирилла. Он, кажется, хотел что-то сказать, готовился к разговору, так как краем глаза замечаю огромную клумбу на комоде, но растерял все мысли в одночасье. — Ты вкусный, любимый? Как думаешь?...

— Ты пожалеешь об этом, маленькая! Обещаю тебе! Пощады не жди!

Рука моего жениха ныряет под тоненькое одеяло и пробирается к моей возбуждённой плоти. Я слегка расставляю ножки, позволяя ему дотронуться до краешка влажных трусиков, прикусываю сексуально губку и следом облизываю язычком.

— Ну и зараза же ты, Маринина! Вот на хрена ты так со мной? Мне только дымовой шашки в брюках не хватало! Через час совещание с заказчиком. О чём я буду думать?

— Надеюсь, датчики дыма не сработают в офисе и ваш рекламный отдел не затопит! Как-то не горю желанием противостоять мокрым русалкам Посейдона...аа-ах!

Кирилл отомстил мгновенно. Не задумываясь! Руки у него нежные, особенно там, где горячо и влажно, где всё требует разрядки. Пробравшись пальцами под кружевную ткань трусиков, творил чудеса, доводя моё тело до исступления. И когда я задрожала в предверии сногсшибательного оргазма, он резко оставил моё пульсирующее лоно без внимания и ласки, не позволив завершить начатое. Облизал кончик пальца, который только что был во мне и грудным голосом произнёс на ушко:

— Я очень вкусный, как и ты, любимая! Но свой оргазм ты получишь после дегустации!... — поднялся с кровати и принялся доставать свою одежду из шкафа.