— Я постараюсь взять тебя громко, чтобы ты больше не желала здесь оставаться! Тихо проводить со мною все последующие жаркие ночи не получится, Катюша.

Кирилл обвил мою талию руками и я попятилась под струи воды под его натиском.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Предлагаю перевести наши отношения на более серьёзный уровень и начать официально встречаться. Хочу, чтобы ты стала моей девушкой для начала...и перетащила все свои вещи в мою берлогу.

Тёплая вода расслабила меня ещё больше и я полностью отдалась во власть мужчины, который заявил на меня свои права, нет, не сейчас и не в тот наш первый раз, когда наша страсть взорвала наши чувства на миллиарды ярких эмоций, а тогда, когда я впервые заглянула в пучину этих бездонных синих омутов и неосознанно потерялась в них навсегда...утонула, наверное влюбилась, иначе как объяснить то, что я чувствую к этому человеку двадцать четыре часа в сутки!

— Кир...— нежно касаюсь пальцами его щеки. В глубине его потемневших глаз плясали чёртики.

— Ммм?

Он принялся нежно покрывать поцелуями плечо, покусывая легонько кожу. От такого кайфа слова застревали в горле.

— Я и так ... твоя...девушка...зачем... так официально? И что значит.. «для начала»?

Наши тела соединились, словно две половинки раковин у моллюска, плотно, крепко, грудь к груди, чтобы сохранить между нами что-то новое, щемящее, светлое, рвущееся на волю, выталкиваемое сердцами, бьющимися в унисон в этот чудесный и неповторимый миг.

— Хочу, чтобы ты не путала «свободные отношения» с «серьёзными намерениями»! Чтобы ты никогда и ни при каких обстоятельствах больше не сбегала от меня! Хочу жить с тобой под одной крышей! Хочу любить и заботиться о тебе! Хочу, чтобы ты выносила мне мозг, затрахивая меня до смерти! И ещё много чего хочу! Не заговаривай мне зубы, Катерина, сейчас я хочу тебя...

Струи воды приятно покалывали чувствительную кожу, по которой медленно скользили ладони Кирилла, размазывая ароматный гель для душа. Я повторяла за ним каждое движение, гладила широкие мужские плечи с играющими мышцами, легонько царапала их, опускалась вдоль позвоночника вниз, наслаждаясь упругостью его задницы. Затем мы принялись намыливать друг другу грудь и животы в перерывах между затяжными и сладкими поцелуями, жадно вдыхая воздух и выдыхая тихие стоны удовольствия. Ощущать его слегка шершавые ладони на своей груди было невыносимо приятно. В животе разгар весны с распускающимся бутонами цветов, и тысячу натянутых нервов играли блаженной дрожью в теле. Руки сами тянутся вниз, пальцы скользят по пресловутым кубикам к заветной цели, нащупав тонкую дорожку волос, опускаюсь по ней к основанию горячего эрегированного полового члена. Один миг и его мужское достоинство идеально ложится в мою маленькую ладонь. Кирилл прикусил мою нижнюю губу и глухо простонал, задевая большими пальцами ноющие соски. Я не знала от чего дрожу больше: то ли от предвкушения секса, то ли от мучительных ласк, что дарили его руки, то ли от желания трогать и наслаждаться твёрдостью пениса. Управлять мужчиной его же оружием высшая степень наслаждения. Наблюдать за реакцией Бестужева одно удовольствие. Сжимаю сильнее ладонь и скольжу по нему к горячей головке, ощущая под кожей каждую пульсирующую венку. Мои пальцы смыкаются лишь у края. Жар нежной плоти обжигает ладонь и я стону в унисон с Кириллом.

Его пальцы впились в мои плечи, голову закинул назад и замер, напрягая каждую проработанную мышцу по всему телу. То, как он с шумом втягивает в себя воздух в такие моменты, сжимая челюсти от напряжения, вынуждает меня снова и снова дразнить, ощупывать, лелеять своё и ничьё больше, потому что если он посмотрит им в другую сторону, я его попросту оторву, выкручу с корнем и на этом закончится наш взрывной роман!

— Ка-аатя...!— голос Кирилла отрезвил меня.

— Прости..я задумалась...

— О том, как открутить мне член? — с ноткой сарказма спрашивает у меня.

— О том, как я его с удовольствием откручу, если ты хоть раз дашь мне повод для этого!

— Ты сумасшедшая, любимая стерва, пора бы тебе преподнести урок...

Бес издал тихий стон нетерпения, прижал спиной к холодному кафелю и принялся меня наказывать за неосторожную ревность. Черт! Если бы он всегда так злился на меня, как сейчас, в эту секунду, я бы изводила ему мозг каждый день, находя тысячу причин, чтобы он хотел меня убить вот таким вот чудесным образом!