Ее нежность, мягкость, охренительно возбуждающий запах. Сладкие манящие, чуть припухшие от моих поцелуев нежные нетронутые ранее губы…колдовские, блин, нереально красивые глаза. Не знаю, как я вообще сдержался и не зашел с ней, нахрен, дальше. Хотелось большего, нестерпимо хотелось всю ее…

- Она звонила мне вчера. Жаловалась, что игноришь, - продолжает Демьян.

- Кто звонил?

- Так, ну с Сельвинской все ясно, можешь не отвечать. Значит, и правда другую подстилку нашел.

- По роже давно не получал?

Мой голос спокоен, но Демьян, который хорошо меня знает, прекрасно понимает, что задаю вопрос не просто так.

Подстилками путь кого угодно называет, только не ее.

- От тебя давно. Реально, брат, давно. Че, неужто так зацепила? Откуда навеяло?

- Лучше скажи, с кем ты трепался весь вечер, прежде чем напиться? Неужели Илонка и ее жалобы так пошатнули твое непробиваемое, я бы сказал, бронированное душевное спокойствие?

Демьян затыкается и отворачивается к окну.

Так-то лучше.

- Чет батя совсем в разнос пошел, тебя отселил, - переводит он тему.

- Хочет как следует погулять на старости лет.

- Да ладно. Могу поспорить на тыщу баксов, эта его девка к тебе начала подкатывать. А бате это не понравилось.

- Бате много чего не нравится. Также, как и мне. В данном случае решение с переездом устроило нас обоих, - отвечаю расплывчато.

Иногда, точнее довольно часто, брат оказывается бесячей занозой в заднице из-за того, что сразу схватывает суть вещей.

Да, эта Ника, и правда пыталась залезть мне в штаны. Не прошло и недели с ее водворения в доме, как подкараулила в кухне и, покрутив полуголой задницей немного, подошла вплотную и потянулась к ремню. Сказала, что с отцом вынуждена быть из-за денег и связей, а со мной она хочет для удовольствия.

Послал ее, естественно. И с радостью смылся оттуда, потому что нихрена мне их проблемы не сдались. Но отец, хоть и понял, что к чему, почему-то не смог ее прогнать, фиг знает, зачем ему такая

А Бельчонок, да, зацепила как ни одна другая, тут Демьян прав.

Серьезно зацепила. Так, что все мысли только о ней. Дурею, когда она рядом.

«Я…не целовалась до тебя ни с кем», так и звучат в голове ее слова.

«Не целовалась…ни с кем…»

Я первый у нее, самый первый. Первый – это тот, кто запомнится на всю жизнь, хочет она того или нет.

Хочу, чтобы запомнила…Жажду, чтобы думала обо мне. Все время. Чтобы с ума сходила недотрога…по моим объятиям и поцелуям со мной. Чтобы также дурела со мной рядом, как и я. Чтобы магнитом ко мне тянуло.

Едва влетаю в главный корпус, как сразу же ищу глазами свою девочку, а стоит зацепить взглядом…так пульс подрывается частить.

И первый порыв – двинуть к ней.

Да, блин, что за хрень.

Неплохо бы сбавить обороты, дать ей передышку, итак всю вчера напугал. Но как мне это сделать, когда коротит снова всего? От одного только ее присутствия и визуального контакта?

- Бес, ты это, все с тобой норм? – интересуется Фир.

- Нормально, - отвечаю, продолжая пристально наблюдать за Бельчонком.

И понимаю, что держать дистанцию с ней выше моих сил. Не получится. Не после вчерашнего. Соскучился, охренеть, блин, как.

Оставляю приятеля одного и иду прямо на нее.

Арина вскидывается на меня на пару секунд, но тут же отворачивается и начинает двигать в противоположенном от меня направлении.

Что за хрень?

Ускоряюсь. Бельчонок по-прежнему прячет взгляд и пускается в какой-то непонятный для меня, блин, забег.

Уже не скрывая намерений преследую. Кровь стучит в висках.

Догоняю в самом конце коридора, хватаю за плечо, утаскиваю в ближайшую пустую аудиторию.

- Гордей, перестань! - вскидывается, вибрируя. - Что тебе нужно!

Будто не она, блин, вчера кайфовала и растекалась от моих прикосновений.

- Я соскучился, - говорю, как есть, не скрывая своих ощущений.

- Мы...должны сделать вид, что ничего не было.

- Не понимаю тебя.

Пытается сбежать, но я ухватываю ее под локоть и с силой тяну на себя. Мои губы впечатываются в ее висок.

- Помнишь вчерашнее, Бельчонок? Повторим? Прямо сейчас...на край, после пары...Нет сил сдерживаться...

Арина вскидывает на меня глаза, полные страха и отторжения.

- Это было ошибкой, Гордей, извини, - выдают ее губы. - И больше никогда не повторится. Не подходи ко мне больше. Ты понял? Никогда больше не подходи!

Бельчонок дергается как-то особенно резко, вырывается. Выбегает из аудитории, оставляя меня в полном, если помягче выразиться и не применять все то, что вертится у меня на языке, раздрае.

_________

Глава 18 Не хочу, ничего не хочу

«А между нами ничего нет и точка…»

Mujeva

Арина

Я что есть сил несусь прочь из аудитории. Подальше, как можно дальше от этого горячего волнующего и стирающего все запреты искусителя, переворачивающего мой уютный мирок с ног на голову лишь одним своим присутствием.