Чуть соком не подавилась. Этот говорун мне салфетку протягивает, а сам цыкает, мол, аккуратнее надо быть.

Аккуратнее?

В первую очередь надо рот на амбарном замке держать. А во вторую не задавать посторонним людям глупых вопросов, особенно когда не надо.

- Я эту принцессу с детства знаю. Уж поверь, могу отличить, когда она людям рада, а когда готова их на полигон вывезти и под мишень поставить.

- И меня она хочет…

- Она ничего не хочет, – влезаю я. Сколько можно обо мне в третьем лице разговаривать? – Дядь Валер, Корнеев - парень моей соседки.

Глаза обоих мужчин на лоб лезут, а брови отрываются от своего насиженного места и взлетают вверх.

- У-у-у, – тянет дядь Валера и заметно расслабляется. - Сочувствую тебе. Кнопкин батя рассказывал, какая у нее соседка.

Давай, Корнеев. Не подведи. Не смей меня сдавать. Не вздумай врушкой выставить, хоть я в данный момент ею и являюсь.

- Спасибо за сочувствие, но, а кому сейчас легко?

Он немного ко мне наклоняется, пока папин друг кусок мяса режет.

- А тебя в детстве не пугали, что из-за вранья язык отсыхает?

Пугали. Еще как пугали. Но объясняли, что ложь бывает во благо. И вот чую, что это как раз подходящий случай подпортить себе статистику добрых дел.

Кручу головой, пытаясь невинную улыбку на лице изобразить, чтобы никто и не понял, какой адреналин во мне сейчас бушует.

- Корнеев, не вздумай что-то сказать. Ты уйдешь, а мне потом разгребать всё придется. Поверь, если мой папа узнает, что его доченьку типы всякие достают, то под твоими окнами будет стоять вся военная часть с автоматами. Оно тебе надо?

- А я рисковый парень, детка.

- Я тебя очень прошу…

Вот блин.

- Проси. Я слушаю.

- Вы чего там шушукаетесь? – на этот раз дядь Валера вклинивается в разговор. Видать, надоело ему одному с мясом скучать.

Домой хочу.

И плевать, что там странная Звягина.

Я просто хочу наконец-то свалить из этой психушки для богатых и чертова Корнеева больше не видеть и не слышать.

- Наталья подсказывает, что «моей девушке» на день дурака подарить. Она ведь ее лучше знает, – ловко выкручивается сосед по столу. И это он мне еще говорил про отсохший за вранье язык.

Эх, Корнеев.

Оба немыми станем.

Радует, что на божьем суде не одной мне стоять и унижаться.

- Ты ей только спиртное не дари. А то опять под диваном бутылки будут.

Ей-богу. Мужики - те еще сплетники.

- Дядь Валер, нельзя так за спиной говорить. Вики здесь нет.

- Кнопка, да я ж не со зла. Да и парень ее должен сам всё знать. – Мужчина, видно, понял, что лишнего сказал, и слегка покраснел.

Да и мне как-то неловко стало, что я на него вскрикнула немного. Но всё равно считаю, что поступила правильно.

- Не бушуй. Видел я твою соседку под ручку с градусом. То еще зрелище.

Вот за что мне всё это?

- Так, Туська, идти надо. С мастерской написали, что машина готова. А мне тебя еще на такси с сумкой сажать. – Дядь Валера встает и взглядом показывает, что и мне его действие повторить нужно.

А я ж с радостью. Только этого и ждала. Подпрыгиваю и через ноги Корнеева козой резвой перепрыгиваю. А тот и не думает ноги убирать. Улыбается еще.

- Пока, Корнеев. Вике привет передам.

И он встает.

- Не нужно такси. Я Наталью подвезу, – говорит скорее дядь Валере, чем мне.

А у меня внутренний голос орет: «Не-е-е-е-ет!» Странно, что его всем слышно не было.

- Не нужно. Я сама доеду. А тебя дела ждут. Ты ж не просто так сюда пришел.

Давай же. Понимай прямой намек и уходи. Не собираюсь я с тобой ехать. Уж лучше пешком, чем с Корнеевым в одной машине.

- Дела сделаны. Я тут с другом был. И он, скорее всего, меня не дождался. Наталь, ты не переживай. Довезу с ветерком.

- Корнеев, сказала же «нет», - настаиваю на своем и с места не двигаюсь.

- Слышал, что дама сказала? Не хочет она с парнем своей подруги ехать. Хорошая она у нас. Пошли, кнопка. Такси тебе искать будем.

Как же славно, что есть люди, которые умеют слушать и слышать. К Звягинскому кумиру, это, конечно же, не относится.

На этот раз Корнеев не спорит. Мы выходим из кафе и двигаем в сторону автомастерской, когда я слышу звук своего телефона.

«Мое вранье будет очень дорого тебе стоить, кнопка».

Хм… не удивил.

Даже представлять не хочу, какие у него там расценки.

Еще минут сорок я не могла уехать. Сначала не было связи, чтобы такси заказать, а о бордюрщиках мне сразу же запретили думать. Потом мы выяснили, что сумка-то все-таки протекла, и нам пришлось искать пакеты, чтобы салон такси не заляпать.