Чтобы так искренне врать, с таким чувственным запалом и верой в свои слова надо быть просто неотразимой актрисой. Да она могла бы собрать все оскары за такую правдоподобную игру. Только вот играет она или говорит правду?

Мозг Ярова медленно стал взрываться от противоречий, терзаться разными сомнениями. Речь отняло так, как наверное никогда ещё не отнимало. Молчал. Слушал. А девушка всё распалялась, продолжая пятиться от него, большие светло – карие глаза видели в нём чудовище, от которого хотелось держаться как можно дальше.

- Что ты несёшь? - тихо спросил он.

- А то ты не знаешь? По твоему ведь приказу твои люди убили мою семью. Ты за раз отобрал у нас всё. Лишил даже крыши над головой, но зачем тебе понадобилось ещё и убивать? – Люба смело встретила его взгляд, - я все эти годы думала о том, как задам тебе этот вопрос, только вот сейчас понимаю, что зря спросила. По твоим глазам вижу, что ты будешь иметь наглость всё отрицать и ничего не пояснишь. Теперь я хотя бы знаю причину из - за которой ты мстил мне и моей семье.

- Конечно же я буду всё отрицать, чёрт побери! – рявкнул, сверкая синевой своих глаз, - потому что я реально не понимаю в чём ты здесь меня хочешь обвинить.

- Вот в чём, - Люба подняла свою левую руку и показала Ярому ладонь, на внутренней стороне которой красовался огромный шрам, убегающий слегка извилистой змейкой под длинный рукав её кофточки, - мои родные погибли, я же отделалась лишь этим. Если бы не брат твоего друга с его парнями, то мне даже страшно подумать, что со мной бы сделали эти звери перед тем, как убить.

Вячеслав ошалело таращился на длинный почти ровный рубец на ладони Любы и внутри мужчины всё холодело.

В этот момент Яров ощутил странное чувство: словно рухнул со скалы и медленно летит в глубокую бездну, заживо при этом сгорая.

Но его явно затуманенное сознание остро уловило последние слова девушки.

- Брат моего друга? – хрипло уточнил, - какого друга? Что за брат?

- Кажется, ты называл этого друга Тёмным. Его брат помог. Я не помню, как его звали.

- У Темнова Макса один брат. Матвей?

- Да. Он. Матвей, - спина Любы столкнулась со стеной и дальше уже отступать ей было некуда. Девушка словно очнулась, понимая, что всё это время не переставала пятиться назад от мужчины.

= 12 =

Глава 12

Вячеслав хмурился, смотрел, как Люба вжимается в стену и не отрывает взгляда от его глаз, словно пытается увидеть в них раскаяние или вину. Только вот ему не в чем перед ней раскаиваться.

Ярому не нравилось то, что он от неё услышал. Плохо понимал о чём девушка толкует.

Если же Вячеслав чего – то не понимал, то злился, не мог спокойно дышать до тех пор, пока не докопается до сути.

Отец Любы был далеко не чист на руку, Славе ли не знать. Вместе одно время дела вне рамок закона воротили, потом почти разбежались.

Знал, что у Владимира Ларинцева есть дочь, но, познакомившись с Любой на клубной тусовке, понятия не имел, что именно она и есть дочь Владимира.

Ярый после не сомневался, что Владимир специально подсунул ему свою смазливую дочку, которая не просто соблазнила, справившись со своей ролью на высший балл, а пошла куда дальше - влюбила в себя.

Ярый по уши влюбился в юную, открытую, чертовски красивую и невинную девочку.

У Ларинцева были враги, возможно, что кто - то то из них порешил и его, и всю его семью. Только вот Вячеслав не думал, что Люба его самого посмеет в этом обвинить.

События, которые произошли в прошлом между им и Любой выстроились в голове Ярого в свою правду, в логическую завершённую цепочку ещё семь лет назад, которая сейчас разрывалась на мелкие звенья, внося полный хаос в мысли мужчины. А ещё у Славы появилось очень много вопросов к Матвею Темнову.

- Я сожалею, что тебе пришлось пережить такое, Люба. Но я не имею к этому никакого отношения. Да, я разорил твою семейку, всех близких и дальних родственников, всех тех, кто носит вашу фамилию и состоит в родстве. НО! Я не убивал... И не просил кого - то это сделать.

Люба недоверчиво смотрела на мужчину. Не знала верить ли ему. Мало ли что он скажет в своё оправдание! Хотя... Яров и оправдания два абсолютно несовместимых понятия.

- Тебя что – то связывало с Матвеем? Почему он явился к тебе? Может, ты и с ним спала?

Люба часто заморгала, услышав такое.

- Я не знаю зачем он явился. И не думаю, что ко мне. Видимо, Матвей к отцу приходил. И, Яров, я с ним не спала, даже почти не знала его. У меня только ты был. Я же была так глупа, что видела тебя одного.

Лицо Вячеслава перекосилось в насмешливой ухмылке, да весь его вид кричал ей о том, что он не верит её словам.

- Я один, говоришь, - губы Вячеслава скривились, словно сам вид девушки был ему неприятен. – Мне известно, что ты позволяла вольности с сыном моего двоюродного брата. И не только с ним одним.

- Это ложь! – личико Любы аж покраснело от возмущения.