— Саша, — обратилась я к нему. — Проследи, чтобы Виктория хорошо поела и помылась, и сразу спать. Завтра насыщенный день.

— Конечно, Маргарита Николаевна. Не беспокойтесь, сделаем всё в лучшем виде, — ответил он.

— Иди, тебе нужен отдых, — обратилась я к ревущей девчонке.

***

Вика.

На плохо слушающихся ногах я пошла прочь из кабинета, еле разбирая дорогу сквозь пелену слёз, и молча следовала за ведущим.

Проведя меня по коридорам, мужчина открыл дверь одной из комнат:

— Входи.

Я зашла внутрь, Саша зашёл следом и достал ключ.

— По всем вопросам, если что-то нужно, обращайся ко мне. Вот телефон, он работает только на связь по дому. Можешь позвонить, и я приду. Ещё мне придётся тебя закрыть. Извини, так уж принято. Новенькие всегда несколько дней на карантине. Ну, я пошёл, отдыхай. Позже тебе принесут поесть.

Мужчина вышел, закрыв дверь на ключ. Его шаги вскоре стихли, и яосталась одна в тишине. Больше не могла сдерживаться. Меня накрыла горькая волна истерики, слезы душили так, что невозможно вдохнуть. Я осела по стене и начала рыдать.

Глава 4.

 Вика. 

  Я не помнила, сколько меня били рыдания. Очнулась я уже в кровати. Изумленно огляделась вокруг и потрясла головой. Как я оказалась в постели? Не помню этого. Нахмурилась и напрягла память. Куски воспоминаний стали возвращаться и складываться в одну картинку.

  Вчера я упала на пол и плакала, плакала, пытаясь освободиться от жгущих душу эмоций. Мне стало очень холодно, и я кое-как доползла до кровати, стянула одеяло и, взобравшись на постель, укуталась, да так и провалилась в забытье.

  Перевела взгляд на окно. На улице уже светало, и лучи солнца падали мне на подушку, они-то и прервали мой тяжелый сон.

  Бетонной плитой на грудь легли и остальные воспоминания о вчерашнем дне. Я рывком села в кровати, тяжело дыша. Вспомнила, что я в плену, заперта, и помощи ждать неоткуда. Посидев немного на кровати, откинула одеяло и опустила ноги на пол. Начала ходить по комнате, нервно заламывая руки.

  — Что же мне делать? Господи, ну за что?! Я ведь никогда не смогу отсюда выбраться! — говорила я сама с собой. 

Новый поток слёз вновь подступил, образовав ком в горле. Невольно взгляд зацепился за моё отражение в зеркале. Внешний вид мой полностью отражал душевное состояние. Футболка смятая, волосы растрёпаны, на щеках засохшие чёрные дорожки от туши и слёз. 

Я металась по комнате в поисках хоть какой-то подсказки, что же мне теперь делать. Конечно, это глупо – пытаться найти ответы на вопросы в доме, где все против меня, но что ни приходит в голову в моменты отчаяния!

  Не могла ни сидеть, ни лежать, и только и ходила по комнате кругами. В какой-то момент я заметила поднос на столе. Видимо, когда уснула, принесли еду. Все успело заветриться, и вид еды вызвал у меня приступ тошноты. Подавляя рвотный рефлекс, я взяла поднос и поставила его возле двери как можно дальше от комнаты. Перед входом в комнату был небольшой коридорчик, там я и оставила еду, так как понимала, что если хотя бы ещё раз посмотрю на пищу — меня точно вывернет.

  Только я успела отойти двери, как послышались шаги и поворот ключа. Дверь распахнулась, и вошёл Саша.

  — Проснулась уже? — он увидел поднос у двери.— Таааак… не ела ничего?

  Мужчина строго посмотрел на меня. Я только молча покачала головой.

  — Девочка, тебе не станет легче, если ты будешь голодать. Мне придётся довести это до начальства, ведь теперь я не могу выполнить приказ тебя накормить.

  — Не могу я… не до еды мне, — тихо произнесла я.

  — Оно понятно, только есть всё равно нужно. И так вон какая худючая, одни кости. Вот что, через полчаса к тебе придёт наш начальник охраны, чтобы рассказать о правилах безопасности в этом доме. Приводи себя в порядок, прими душ, причешись. Негоже в таком виде принимать гостей.

  — Для кого тут прихорашиваться-то? Не хочу я ничего, оставьте меня в покое все, – я села на кровать, собравшись в ком, и обняла свои колени, положив на них голову.

  — М-да… — вздохнул дворецкий.

  Он прошёл в ванную мимо меня. Послышался шум воды. Затем молча подошёл ко мне, держа в руках влажное полотенце для лица, и стал вытирать грязные щеки.

  — М-м-м! – возмущённо замычала я, пытаясь отпихнуть от себя полотенце.

  — Сиди ты. Вытру только черноту, а то ж без слёз не взглянешь! — держа одной рукой мой подбородок, дворецкий все же справился с задачей, и мое лицо стало снова просто бледным.

  Выполнив свою миссию, дворецкий сложил полотенце, положил его на поднос и всё унёс, закрыв дверь на ключ.

  Я снова осталась в тишине. Сидела и смотрела в одну точку, чувствуя, как высыхает влага на щеках и горит кожа в тех местах, где Саша тёр полотенцем особенно тщательно.

  Внезапно опять раздался звук открывающегося замка, и я вздрогнула, выпав из мыслей в реальность.