Хорошо так, по-домашнему сидим как-то. Со мной самые близкие и любимые люди. Даже с Айсом больше не ругаемся, кажется, он смирился, наконец, с тем, что я часть жизни Вари и Дани, да и его самого тоже. Забавно, конечно, я приехала поступать в универ в надежде с ним познакомиться, а влюбилась в его друга. А его девушка стала мне сестрой. Не представляю своей жизни без них. Все-таки родные – это не только общая кровь. Слушаю в пол уха, как Варя рассказывает о сессии. Она ее сдает лучше, чем я. Но мне по фигу, если честно, обидно только, что конкурс проектов Зимина я не выиграла, хотя он и отметил мою работу, как «весьма не плохую». Рыжий лишь посмеялся, сказал, что все это мелочи жизни. Чтобы я просто делала, что хочу, что нравится. А успех и признание придет. Глупость, конечно, но меня отпустило. Но работу искать все равно надо, деньги в принципе есть еще, но я же вижу, как Даня упахивается. Тот еще трудоголик.

Варя с Ледневым уезжают уже за полночь, я сижу на кухне, смотрю как Даня посуду моет. У нас посудомойка есть, но Рыжий не любит ей пользоваться.

-- Как тебе мой подарок? Не понравился? Целый день молчишь. Ты же сюрприз просила…

-- Ты про горшок с розами? Так я…

-- Ты телефон свой посмотри.

Глава 57. «Полетели!»

-- Шесть утра, Епифанцева! Воскресенье ведь. – Варька шипит спросонья в трубку, но мне по фигу.

-- Даня предложение сделал! Замуж позвал, представляешь! Вчера! Когда вы уехали. Короче, собирайся давай. – Сама шепчу, в ванной заперлась, боюсь Рыжего разбудить.

-- Что? – Орет так, что я телефон от уха резко отвожу. – Как? Серьезно?

-- Нет, шучу! Конечно, серьезно. Просыпайся уже, мы платье едем выбирать. Пока он не передумал.

Макдоналдс. Ну а что еще в семь утра в выходной может работать. Есть, конечно, не хочется в такую рань, но вот кофе бодрит. Барсукова так, похоже, еще не проснулась. Пытаюсь влить в нее еще один стаканчик.

-- Я все-таки не понимаю, Маш. Так быстро и неожиданно.

-- Он мне подарок сделал… Песню записал и прислал на телефон. Сам исполнил, прикинь. И так нежно спел, чувственно. Я сижу, реву, а он подходит и говорит, что так любит меня, что даже жениться готов.

-- Прямо сейчас? – Все-таки Барсукова тормоз!

-- Конечно, сейчас! Чего ждать? Я уже все продумала. Ночью сегодня, пока Рыжий дрых.

-- Это очень ответственное решение, Маш. Вы же вместе всего несколько месяцев. Надо… ну не знаю, притереться друг к другу…

-- Вот ты и притирайся. А я замуж выхожу.

-- Когда? – Кажется, Барсукова понимает, наконец, что сегодня со мной лучше не спорить.

-- Когда в загс его отведу заявление подавать, тогда и скажу. Там минимум тридцать дней надо ждать, я ночью погуглила.

Она меня еще больше часа допрашивает. А я уверена, это ж мой Рыжий. Смешной такой, сказал, ночами спать не мог один, пока я в больнице валялась. И что жизни без меня не представляет своей. И он никогда не думал жениться, пока я ему на голову не свалилась. И что с ним будет трудно, что он не принц на белом коне. И что миллионером, наверное, никогда не станет. Дурак, одним словом, но ведь мой дурак!

-- Допивай давай, салон через двадцать минут открывается, а нам еще ехать надо.

Добираемся мы быстрее, чем я ожидала, так что еще несколько минут топчемся на месте. Это единственный салон в городе, который открывается в воскресенье в девять утра.

-- Маш, ты уверена? Все-таки свадьба… Это же раз в жизни…-- Барсукова недоверчиво рассматривает мое платье. – Может, что-то более… традиционное?

Так, бижутерию не надо, у меня своя есть. А платье точно оно! Конечно, еще по салонам поезжу, но возьму именно это! Оно мне еще на сайте понравилось, но даже я не ожидала, что так идеально сядет. Даже подгонять не надо.

-- Это у тебя будет раз в жизни. А у меня эта первая и далеко не последняя свадьба. В белом и до пят я лет в тридцать выйду, не раньше!

Варька молчит в шоке, а я смотрюсь в зеркало. Ну хороша же! Даня прифигеет, главное, чтоб не сбежал.

Рыжий мужиком оказался. Без разговоров пошел со мной в понедельник в загс заявление подавать. А сейчас, сейчас он у Айса дома. Леднев сказал, что доставит жениха куда надо и точно в срок.

-- Маш, нам выезжать уже пора. Волнуешься?

Папа заходит в комнату, откуда только что вышла Светка, это она мне волосы укладывала. В принципе, осталось только платье надеть, и я готова.

Смотрю на отца, а у него глаза на мокром месте. Он больше меня переживает. Сначала против был, спрашивал даже несколько раз, не беременная я и к чему вообще такая спешка. Пришлось напомнить, что маме он предложение сделал через две недели после знакомства. И как сам все время гнал меня замуж. А сейчас что, на попятный пошел? А еще я категорически отказалась приглашать всех родственников и его друзей-знакомых. Где они все были, когда ему плохо было? И вообще никаких застолий в ресторане, пьяных тостов непонятных людей и выкупа невесты. Папа не сразу это принял, вот совсем не сразу. И это он еще платье мое не видел! Хотя… раз уж он согласился с нашей безумной, даже для меня безумной свадьбой!