- Вот. Это одежда моего отца, - я очень бережно достала рубашку. – У меня папа был огромным, но ты тоже далеко не маленький. Думаю, тебе подойдет его одежда. И… Если честно, я не очень хочу ее тебе давать, но лучше так, чем ты сейчас заболеешь. Лечить тебя я точно не буду.

Так же бережно положив рубашку обратно в коробку, я пододвинула ее к Лонго. До сих пор меня изнутри жгло от нежелания давать ему эти вещи, но на улице глубокая осень, а отопления в доме не было. Лишь один обогреватель, который я уже притащила на кухню, но толка от него было мало.

- Ты так сильно любила своего отца? – Лонго скользнул взглядом по тому, с какой бережностью я относилась даже к коробке. К вещам в ней – тем более.

Я решила не отвечать на этот вопрос, но подумала о том, что наши с Матео отцы ведь когда-то дружили. Может, мы даже в детстве виделись. Правда, я все равно этого не помнила. Когда отец был жив, моя жизнь была слишком насыщенной и определенные моменты запоминались не особо явно. Хотя, когда я пробиралась в дом Гаспара Лонго, поняла, что отдаленно его помнила.

- Иди, оденься, - сказала, поднимаясь на ноги.

- Мне это не нужно, - Лонго отвел взгляд от коробки и посмотрел на меня. – Мне скоро привезут одежду.

- Но ты же сказал, что у тебя ее нет.

- Сейчас – нет. Но это не означает, что я вообще лишен ее.

- Так в договоре, кажется, было написано, что у тебя забирают все, что касалось твоей прежней жизни.

- Того, что шло от Ндрангеты и моего отца, - Лонго пустым взглядом окинул остальные коробки. – Эти счета заблокированы.

До сих пор для меня был непонятен тот договор. В какой-то степени даже неприемлем, но Матео с таким безразличием сказал про заблокированные счета, словно ему на них вообще было глубоко плевать. Больше, чем на что либо другое в этом мире.

- Но ты, оказывается, с придурью. Я тебя только что утопить пытался, а ты переживаешь, чтобы я не замерз.

- Насчет этого не переживай. Я ничего не забыла. Я вообще злопамятная, - закрыв коробку, я поставила ее на место. – Рано или поздно, но ты за это поплатишься.

***

Через полчаса Лонго и правда привезли одежду. Будучи на кухне, я этот момент упустила. Лишь заметила, что вернулся он уже одетый. В брюки и рубашку. Он и в университете всегда ходил лишь в строгой одежде. Не думала, что он этого будет придерживаться и дома. Хотя, не думаю, что Матео это место таковым считает.

- Еда готова, - я поставила на стол тарелку.

- Что это? – опираясь рукой о стол, он скользнул по ней медленным взглядом.

- То, что было. Рис с луком и морковкой. Не нравится? Не ешь. Омаров в моем холодильнике не имеется, - я пошла к плите и насыпала себе еды. Выглядело вкусно, а я жутко голодная, но, изначально поставив свою тарелку на стол, я с опозданием поняла, что на кухне поесть не смогу.

Для этого придется опускать горловину свитера, которую я обычно натягивала почти до очков, а сейчас тут Лонго. Значит, я этого сделать не могу.

- Я пошла в свою спальню. Твою комнату я уже показала. Думаю, с дальнейшим как-нибудь разберешься.

Забрав свою тарелку, я вместе с ней направилась прочь из кухни. И все же это так дико. То, что теперь я тут была не одна. То, что мне опять приходилось уходить. Но уже сейчас в своем собственном доме.

***

Ночь оказалась еще хуже, чем я предполагала. Я даже не могла уйти с третьего этажа. Только опустошала кое-какие тазики, как тут же наполнялись следующие.

Руки болели, тело ныло и мне казалось, что еще немного и я к чертям рухну. Кричать хотелось и просто взять и швырнуть эти чертовы тазики. Когда я в последний раз нормально спала? И когда все это уже закончится?

- Что ты делаешь? – в полном мраке я услышала голос Лонго. Он стоял радом с лестницей и туда свет с моего телефона не доходил.

- Развлекаюсь, - ответила с сарказмом, выливая воду из очередного тазика в ведро. – Но, если хочешь, можешь мне помочь. Это лишним не будет.

Он не помог. Подкурил сигарету и, облокотившись плечом о стену, сначала что-то посмотрел на телефоне, затем лениво убрав его в карман, наблюдал за тем, как я таскала ведра.

А мне хотелось взять и одним из них бросить в него. Чертов ублюдок.

- Знаешь, я в своей жизни повстречала много паршивых людей, но ты, однозначно на первом месте, - ставя пустое ведро на пол, я подняла на Лонго гневный взгляд. – Как же тебе, подонку такому живется?

- Отлично, - выдыхая дым, он сбил пепел на прямо на пол. А меня даже от этого передернуло.

- Настолько отлично, что даже твой собственный отец отказался от тебя, как от мусора? – слова сорвались с моих губ прежде, чем я поняла, что говорю, но о них совершенно не сожалела. Матео заслуживал куда худшего.

В полумраке я заметила то, что его глаза полоснуло чем-то настолько жутким, что меня незримо прошибло. Даже чувство самосохранения вспыхнуло жжением.

Возникло ощущение, что этими словами я подписала себе смертельный приговор.