- Ну что ты молчишь? - Алёна подходит ближе. - Как я? Не замерзну в нем? На таких мероприятиях вообще тепло или, наоборот, сквозняки? Я и так буду трястись от страха.

Меня тоже трясет, но далеко не от страха. А от... ревности?

Черт, вполне возможно, это не та эмоция. Потому что какое право я имею на ревность в сторону Алёны? Ведь я не обладаю ей.

Но именно это слово приходит на ум.

Она что, пойдет в таком платье в ресторан, наводненный сытыми, скучающими мужиками? Да никогда!

- Мне кажется, оно не по сезону.

Черт возьми, я еще и вру! Мог бы сказать, что наряд слишком откровенный. Она ведь спрашивает об уместности.

- То есть там все же будет прохладно?

- Вполне возможно, - киваю гребаный я.

- Тогда подожди! Есть еще один вариант.

Она скрывается из вида, а у меня перед глазами как будто выжжена эта картинка: очертания талии, бедер, ягодиц под тонкой тканью. Кровь от воспаленного мозга приливает прямо к паху.

Вот же дьявол, у меня встал!

Хорошо, что я в дальнем конце территории, чиню изгородь. Плохо, что прикрыться мне толком нечем.

Приходится сесть на бревно. Блядь! Болезненный спазм проходит по низу живота. Я снова встаю на ноги и догадываюсь просто поднять телефон выше.

Тем временем передо мной снова Алёна.

Платье на ней кардинально другое. Цвет, хоть и зеленый, но более темный, глубокий. Верх смахивает на рубашку - длинные рукава, воротничок. Запах, но без глубокого декольте. Длина ниже колена.

- Вот это в самый раз, - выдает мой язык.

Умом я понимаю, что в таком наряде она будет похожа на сотрудницу ресторана. Чья-то спутница или просто одинокая гостья на вечеринке не оделась бы так скромно.

Но, черт возьми, ничего поделать с собой не могу!

- То есть, считаешь, на этом остановиться?

- Да, я уверен.

- Ну, вот и отлично! А говоришь, зря позвонила... Я бы, наверное, в первом пошла. Ну ладно, все. До новой связи.

- Угу.

Рыжей явно без разницы.

Она, как я заметил, небольшая любительница наряжаться. А на вечеринку незнакомых людей, ей вообще все равно, в чем идти.

Я же никак не могу вырвать из головы ее образ...

Экран гаснет, я остаюсь стоять посреди участка, сжимая телефон, и в полной мере осознаю весь абсурд происходящего.

Еще недавно я поражался странным и нелогичным реакциям Алёны. Теперь понимаю, что с легкостью ее переплюнул.

Мои собственнические инстинкты сейчас орут благим матом, смешиваясь с диким, пульсирующим желанием.

Я наряжаю ее в глухой чехол, лишь бы чужие глаза не смели смотреть в ее сторону...

И я еще никого и никогда так безумно не хотел.

26

Алёна

Я вхожу в просторный светлый зал ресторана. Он гудит от голосов и музыки.

Антон инструктировал меня очень подробно. Имениннику исполняется сорок пять лет. Если кто-то начнет задавать вопросы, я представлюсь одной из лучших сотрудниц его компании.

Родственники и друзья юбиляра меня не знают, так что прикрытие надежное.

Вот только от волнения всё испаряется из головы!

Я не боюсь косых взглядов или надменных лиц скучающей публики. Но мне тревожно сделать что-то не так, ошибиться. Подвести Антона...

Хотя меня ненавязчиво сопровождают двое мужчин из охраны, а снаружи дежурит машина, пульс все равно стучит в висках.

Сейчас в моей голове бьется только одна мысль - имя и фамилия женщины, с которой пришел брат Антона.

Аня Белова. По плану я должна подойти к ней и разыграть искреннюю радость от встречи со старой знакомой.

А дальше остается уповать лишь на интуицию самого Артура. На то, что он меня узнает.

Вот я их пару узнаю без труда - пересмотрела много фото. Быстро выхватываю взглядом в толпе.

Крупный спортивный мужчина, элегантный, с властной выправкой, и хрупкая блондинка в серебристом платье.

Делаю глубокий вдох и направляюсь прямо к ним.

- Аня? Белова?! - стараюсь звучать максимально естественно.

Девушка оборачивается в легком замешательстве, хлопая ресницами.

Но тут в дело вступает та самая хваленая наблюдательность Артура. А может, у братьев есть некая телепатическая связь.

Артур меняется в лице, перехватывает инициативу. Коротко объяснившись со своей спутницей, уводит меня подальше от чужих глаз.

Хорошо, что Антон сам говорил с братом по видеосвязи. Если бы он попросил рассказать меня слово в слово, что ему ответил Артур, я бы не смогла.

Диалог словно выветрился у меня из головы. Как будто память посчитала эту информацию небезопасной.

Они говорили об Артуре, о его планах. У московского олигарха тоже есть проблемы с безопасностью - кто-то покушался на него. Кажется, эти проблемы более серьезные, чем авария Антона.

Я помню только, что Антон попросил Артура говорить при мне. Он сказал: «Алёна - наш человек».

Что-то кольнуло внутри от этой фразы... Мне стало приятно?