Просто прячься

КНИГА №6 ИЗ СЕРИИ ТРИЛЛЕРОВ О СПЕЦАГЕНТЕ ФБР КАМИ КЛАРК

ПРОЛОГ

Петра Бринк была на взводе до предела. Время было не просто на исходе – оно давно кончилось. Вчера она задержалась допоздна на своей подработке в баре, и из-за этого сегодня утром проспала будильник на шесть.

Теперь ей нужно было вернуться в университет всего через пару часов, а в задании оставался ещё приличный кусок работы.

И без того перегруженная, она стиснула зубы, услышав, как открылась входная дверь. Значит, домой вернулась соседка по квартире – Антуанетта.

А это означало, что ванная, скорее всего, будет недоступна ближайший час, если Антуанетта успела сходить в спортзал, на йогу или на какой-нибудь из утренних тренировок, которые она обожала. Будучи моделью и заметной фигурой в соцсетях, её соседка – от природы ослепительная – должна была выглядеть ухоженно и безупречно всегда, даже после занятий.

Но в ванной она могла пропадать дольше любого человека, которого знала Петра, и если она её оккупирует, то у Петры не останется ни единого шанса принять молниеносный душ перед тем, как пулей нестись на пару. А после долгой смены за стойкой – в прокуренном воздухе – и того, как она, вымотанная, рухнула в кровать сразу по возвращении домой, этот душ был ей жизненно необходим.

Скривившись от накатившей тревоги, Петра прикинула варианты. Единственное, что приходило в голову, – прямо сейчас рвануть по коридору и успеть в ванную раньше Антуанетты. Тогда она успеет помыться – за десять минут, не больше.

Не лучший расклад. Она как раз билась над особенно каверзным набором вычислений в этом задании и не хотела, чтобы её мысль сбили. Но выбора не было. Утро стремительно превращалось в катастрофу – и виновата была только она сама, что проспала.

И тут, прислушавшись, она уловила то, что могло спасти день, – ещё одни шаги, входящие в квартиру.

Ладно, значит, Антуанетта привела кого-то с собой. Возможно, парня, а может, она собиралась снять с кем-то ролик для соцсетей. Вполне похоже на неё. И значит, они будут заняты – скорее всего в гостиной: болтать или снимать видео.

Петра снова вернулась к расчётам, заметно расслабившись: теперь она могла полностью сосредоточиться, будто ей неожиданно повезло и всё обошлось.

Она быстро добила эту задачу и следующую, с облегчением чувствуя, что с этим математическим заданием на удивление всё складывается как надо. Она держала ситуацию под контролем. Так бывало не всегда, и сейчас она радовалась, что это подарило ей пару драгоценных минут в её утре, распёртом дедлайнами.

Теперь, пожалуй, стоило бежать в душ, потому что она понятия не имела, сколько задержится гость. Хотя, прислушавшись, Петра вдруг поняла кое-что странное: она вообще не слышала голосов.

Они уже пришли и ушли? Наверное. А она так ушла в работу, что не заметила.

Должно быть, так и было, потому что, схватив полотенце и направившись по коридору к ванной, она не слышала ровным счётом ничего. Ни шепота разговора, ни музыки с телефона, ни звона кофейных чашек.

А потом, глядя вперёд, она с внезапным холодком поняла: входная дверь квартиры открыта.

Настежь – в районе, где недавно было несколько краж со взломом?

Обеспокоенная, Петра окликнула:

– Энтс, ты в курсе, что дверь открыта?

Ничего.

Может, она снова спустилась вниз, а может, прощается с этой подругой на улице. Но даже в таком случае дверь хотя бы должна быть закрыта. Любой мог пройти мимо и свернуть внутрь. Голубая сумочка Антуанетты лежала на столике в прихожей.

– Ты здесь? – Теперь, торопливо направляясь к входной двери, Петра понятия не имела, взяла ли Антуанетта с собой ключи. Запереть соседку по дому она не могла. Значит, придётся оставить дверь незапертой, пока она будет принимать душ, а это было совсем не здорово.

Проходя мимо двери в гостиную, она на всякий случай заглянула внутрь – вдруг Антуанетта в наушниках и правда просто забыла про дверь.

На чёрных кожаных диванах не сидел никто.

Петра отвернулась. Но тут же повернулась обратно, нахмурившись: в комнате было что-то такое, что она заметила лишь теперь, – странный металлический запах, исходивший из этой аккуратной, обычно приятно пахнущей комнаты.

От него ей становилось тревожно, словно где-то на задворках сознания пронзительно завывали сигналы тревоги, о существовании которых она и не подозревала. Она снова обернулась, шагнула дальше в комнату и присмотрелась.

И тогда она увидела каблук туфли – тот самый лаймово-зелёный ботильон на шпильке, любимую обувь Антуанетты, – валявшийся на полу.

А дальше, когда она, с нарастающим ужасом, заглянула за угол, увидела второй ботильон, тоже на полу, и внутри – длинные стройные ноги Антуанетты. Ещё дальше – её тело, лежащее на спине, неподвижное.