Я сидела заледеневшая, и не могла принять тот факт, что моя жизнь вдруг оказалась просто красивой картинкой для того, чтобы все было, как у людей. А по факту за ней скрывалась ложь, предательство и скорее всего неоднократное, и от этого становилось больно не по себе и хотелось вывернуть душу наизнанку.

– Макс, не каркай.

— Хорошо, как скажешь. И поэтому, – Решетов кашлянул и я услышала, как он приподнялся с диванчик, – и поэтому Артур, моё дело было донести до тебя то, что ты вытворяешь дурь, даже не скрываясь. Хорошо, ты появился на вечере с кем-то другим. Ты привёл какую-то блондинку. Но вы могли сделать вид , что вы не вместе, а просто сопровождает. То есть она исключительно женщина, которая нанятая. Ты же мог так демонстративно не выходить с ней из банкетного зала и не подниматься в номер гостиницы. Мог. Но тебе на это наплевать. Ты заигрался. А когда человек заигрывается, это всегда неминуемо ведёт к краху. Я не собираюсь рисковать своим бизнесом в надежде на то, что тебя это образумит. Поэтому я тебе позвонил сегодня и встретился с тобой тупо из-за того, что хочу поставить тебя в известность– ни одного договора не будет продлено. Мы заканчиваем этот год на том, что есть. А в дальнейшем разбирайся сам.

Перегородка шатнулась.

Я поняла, что Решетов выходит из-за стола и поэтому едва ли не пища от ужаса стала сползать со своего диванчика. Сползла настолько, что очутиться на полу и приподняв длинную скатерть круглого столика, залезла под него. Это было настолько унизительно. Это было настолько чудовищно. Я сидела, прижимала колени к груди и кусала губы, потому что просто не знала что делать. А если сейчас Решетов выйдет, повернётся и увидит меня.

Что я буду делать?

Как он себя поведёт?

Он охнет и скажет : “ой, боже мой, как некрасиво получилось Ева, ты здесь”. А дальше что? Что я должна была дальше сделать? Броситься Артуру в лицо? Расцарапать глаза?

Я не знала, что делать.

Я замужем с девятнадцати лет. Сейчас мне тридцать шесть. В моём браке было всякое. В моём браке было тяжело. В моём браке было смешно. Я помнила, как мы студентами снимали у одной бабки, как я подозревала полоумной, комнату в сталинке и как она каждое утро ходила по коридору и стучала половником о кастрюлю, таким образом поднимая своих домочадцев.

Я помнила, как один новый год вместе с Артуром мы встречали на большой городской площади: толпился народ, звучали салюты, Дед Мороз хохотал, катаясь в санях вокруг площади. Артур целовал меня горячими губами с ароматом мандаринов и мне казалось, ничего счастливее я никогда в жизни не испытаю.

Все в нашем браке было.

И даже спустя несколько лет– рождения Зои. Маленькой, слишком хрупкой. Мне казалось, что в таком тоненьком, миниатюрном тельце никогда не будет стального характера. Но он был. Зоя в первый месяц жизни уже показала , что все в этом мире для неё, а не она для него.

Были страхи в моём браке. Были переживания. Были ужасные какие-то вещи. Когда Артур, ещё будучи обычным рабочим, сам на трассе попал в жуткую аварию, когда перевозил технику для магазина. Было столько судов, которые заканчивались тем, что мы обязаны были выплатить стоимость этой техники. И никакого форс мажора в виде необорудованной машины, не подготовленной к зиме, не было по определению. Тогда много слез было пролито. Ещё больше я боялась за Артура . Я не знала, как он отреагирует. Я думала, что он может сломаться. Но нет, он не сломался. Суд за судом и в итоге удалось вывернуть ситуацию так, что действительно это был форс мажор и необорудованная машина.

Да, по разному было.

Но вот чего никогда не было, так это того, чтобы я заподозрила своего мужа в предательстве, в измене. Он не был похож на того человека, который будет гулять. Он же всегда так излишнее правильно рассуждал о браке, что я просто предположить не могла, что за этим фасадом скрывается гнилая душонка.

Я сидела под столом и не знала, куда себя деть, потому что понимала– вылезу и не смогу ничего сказать. А ведь сказать надо будет что-то по определению, но я не знала.

У нас была десятилетняя дочка, которая непонятно, как отреагирует на развод.

У нас были взрослые родители, общие друзья, знакомые.

А ещё я понимала, что вероятно Артур делал меня беспомощной для того, чтобы просто в такой момент, как сейчас, я никуда не смогла дёрнуться, не смогла никак отстоять свои права.

Решетов прошёл мимо моего столика и я выдохнув, приподняла скатерть и полезла обратно на диванчик. Прижалась спиной к спинке с каретной стяжкой и запрокинула голову, чтобы слезы не текли по глазам?

– Да котёнок, – прозвучал из-за перегородки голос моего мужа.

Я вздрогнула. Снова развернулась, приподнялась и высунув нос, пронаблюдала за тем, как Артур склонившись над пастой, прижимает телефон к плечу.

– Да, ночь была шикарная. Ну ты же прекрасно знаешь , что одной ночи мне всегда будет мало. Что? Что? Ах ты негодница. Что ты забыла? Ты трусики у меня в кармане пиджака забыла? Господи. Кисунь, ну ты отжигаешь. Предупредить надо было пораньше, а то вдруг жена решит в химчистку пиджак отвезти.

Глава 2.

Глава 2.