- Вот и я говорю! Тебе подойдет, ведь ты всегда немного не в себе и вечно витаешь где-то в облаках! Так что даже не задумывайся, а берись за дело! Вот придем сейчас домой, сразу приступай! - вновь заговорила Света и ткнула меня локтем в бок, заставляя прервать зрительный контакт с парнем, - Кстати! Олег обещал нас с тобой подвести!

- Алина пока что поживет у меня, - тут же ответит за меня Слава.

- Уж и не знаю, есть ли в этом необходимость… Что скажешь, Алина? - вопросительно уставилась не меня девушка, своим провокационным поведением заставляя задуматься, такая ли она на самом деле хорошая подруга, каковой я ее считала, - И вообще, как же ты со своей маниакальной боязнью собак собираешься жить в одной квартире с таким злым и страшным псом?

- Некоторые люди гораздо злее и опаснее собак, - вновь сам ответил Слава, жестом подзывая к себе Кая.

- Нет-нет, Слав, ты не подумай, Кай мне очень нравится, он у тебя такой замечательный, ты его так хорошо воспитал! Это я про Алину говорю, она его едва ли полюбит и скорее всего не будет рада его присутствию! Иди ко мне, красавчик, - тут же переполошилась Света и протянула свои руки к псу, но он вдруг на нее зарычал, прижимая уши и даже слегка скалясь.

- Не советую тебе его сейчас трогать, - посоветовала я подруге, понимая, что пес этого не хочет.

- Надо же, какая ты у нас стала смелая и разбирающаяся в собаках! Советы еще даешь!

- Просто Слава вчера вечером учил меня с ними обращаться.

- Чему еще он тебя научил? - ехидно переспросила она, после чего я окончательно растерялась и обиделась на подругу, но все же спокойно ответила.

- Немного рассказал мне о языке жестов животных и научил в нем разбираться. И вообще, раз уж на то пошло, можешь не переживать, мы с Каем уже подружились. Да, мальчик? Иди сюда, - позвала я пса с волнением, а он к счастью тут же ко мне подошел, сел рядом и уложил свою тяжелую голову мне на колени, - Какой хороший мальчик! - похвалила я его и прошлась ладонью по мягкой шерсти.

- Ребят, да мы же сейчас весь фильм пропустим! Хватит уже болтать! - наконец дошел до точки кипения Олег, который изо всех сил до этого момента пытался прислушиваться к тому, что говорили по телевизору, совсем не интересуясь нашим разговором.

После его замечания Света наконец-то притихла, так что все мы уставились в телевизор, только вот смотрела я в него невидящими глазами. В голове роилась целая толпа мыслей, а из-за переизбытка волнения даже, кажется, воздуха не хватало. В какой-то момент я не выдержала и все-таки решила отойти, склонилась к Славе и тихо спросила у него, стараясь больше не привлекать к себе внимания и не отвлекать всех от просмотра.

- Ты не против, если я выйду на балкон?

- Да, конечно, иди, ты можешь не спрашивать. У тебя все нормально? Мне пойти с тобой?

- Нет-нет! Все нормально, не беспокойся, мне просто нужно немножко подышать свежим воздухом. Я сейчас вернусь.

Сведя брови на переносице, парень молча кивнул, но проследил за мной взглядом, когда я аккуратно встала, ушла и прикрыла за собой дверь.

Облокотившись о перила, я вдохнула свежий воздух и прикрыла глаза. Поведение Светы было мне совсем не понятно, поэтому я действительно успела на нее в каком-то смысле обидеться. Но что-то в ее словах все же было, заставляющее задуматься и прислушаться. Сейчас, когда универ был позади, а на работу я еще не устроилась, я была на распутье и пока что еще точно не знала, чем именно буду заниматься, где буду работать и что буду делать. Так что и правда могла попробовать. Попробовать сделать то, о чем всегда мечтала и уже даже начала было воплощать в реальность, но под давлением окружающих забросила.

Когда я начала писать свою книгу, отрывки я зачитывала только подруге, но с мамой я тоже поделилась такой волнительной для меня новостью, ведь именно она привила мне любовь к книгам, любовь к литературе. Она и сама, так же, как и я теперь, всегда любила читать, читала много и читала запоями. И для меня было важно знать ее мнение, причем и как родительницы, и как профессора кафедры мировой литературы и доктора филологических наук. И я, как сейчас, помню ее слова на этот счет.

«Это несерьезно. Блажь. Полная блажь. Тебе самой-то не смешно? Кто ты такая и что в тебе есть такого гениального? Разве тебе есть, что сказать этому миру? Да что ты вообще видела? Ты думаешь, что можешь сравниться с великими умами? Думаешь, что можешь хоть на толику к ним приблизиться? Хочешь покуситься на святая святых, на литературу! Не позорься и не позорь меня».

Ну а я, а что я? Отшучивалась я, цитируя известного и любимого мною писателя, скрывая за улыбкой горечь и навернувшиеся на глаза слезы.

«Хорошему писателю и не обязательно все проживать, ведь он может лишь представить!»