Пока он с ним расправился, я отбежала на метров двадцать и даже успела немного подумать. Но как только с паучишки упали последние нити, он так стремительно рванул ко мне, что я едва успела набросить на него второй защитный полог, но уже более укрепленный и с привязкой к земле. Подумала еще немного и пропустила через нити ток. Хондрика слегка шибануло, и он на минуту замер. Потом начал что-то плести, а когда полетел и этот щит, поняла, что поганец сделал заземление! Да какой же у тебя интеллект, пожиратель?!

На этот раз он успел до меня добежать и даже принялся за мою защиту. Завизжала, обвила гада огненной лентой и, не проверяя результат, опять сделала ноги.

К сожалению, бег осложнялся тем, что весь полигон был окутан паутиной пожирателя, а влетать в ловушки мне было категорически запрещено, так как тогда «экзамен» можно считать неудавшимся.

Я ни капли не боялась. Ведь над головой висели два Хранителя, которые не позволят, чтобы со мной что-то случилось. Но все равно хотелось показать, что я не на всех занятиях ушами хлопала.

Та-а-ак! Схватить гада, отшвырнуть подальше, накрыть щитом, отбежать к Хранителям и демонстративно думать.

Блондины косились на меня с интересом, видимо ожидая какого-то результата от мыслительной деятельности.

Увы, результатов не было.

– А может еще подсказку? – просительно посмотрела наверх.

Лир рассмеялся и требовательно протянул Асу ладонь, тот поморщился и что-то в нее вложил.

– Это что? – подозрительно осведомилась я.

– Да мы спорили, сколько ты продержишься и как скоро прибежишь спрашивать совета, – с удовольствием опустил мое самомнение на уровень земли Лир.

Уже возмущенно открыла рот, чтобы сказать, кем является противный водник и, что я думаю о его методах обучения и этичности ставок на свою же ученицу, но не успела. На меня со странным шипением несся назойливый хондрик. Я бросила перед ним очередной щит и пошла на новый заход по полигону.

– Гад! – обласкала Хранителя, в очередной раз пробегая мимо.

– Знаю, – рассмеялся мне вслед Лир.

– Ладно, – пыталась отдышаться, искоса поглядывая на беснующегося за пятью щитами хондрика. Первый уже начинал разлетаться. – Все, что могла перепробовала, холодное оружие не поможет, это точно помню. Я не знаю чем его прикончить.

– Не все, – невозмутимо ответил Хранитель Воды. Он снова получил что-то от морщившегося Аса. – Интервалы времени ты рассчитывать не умеешь.

– У тебя совесть есть? – устало спросила и, не дожидаясь ответа, пошла к почти разнесшему последнюю защиту пауку.

Была одна мысль… Но опасно… Придется дождаться пока он станет свободен, иначе никак. И после этого быть на достаточно близком расстоянии.

– Аля, – обеспокоенно окликнул меня Лирвейн.

– Иди ты, – невежливо отозвалась я.

Так… Пожиратель был в метрах пяти от меня, когда разлетелись последние ленты, и он оказался свободен. Но, к сожалению, из под полусферы с отверстиями, над которой я думала во время забегов, он выскользнул, и нити стихий пронзили уже пустую «клетку».

Стремительно развернулась, но сбежать не успела, так как меня что-то дернуло за ногу, и я упала. Едва успела подставить руки и ударилась не так сильно, как могла бы, но воздух из легких это все равно выбило, да и ладони как огнем горели. Я резко перевернулась, но встать не успела, по мне медленно, наслаждаясь ужасом, ползла эта тварь, поводя жалом и постепенно приближаясь к груди. Эти несколько секунд растянулись на невероятно долгое время, я видела каждую прожилку на уродливой голове и теле, сверкавшие разумным торжеством глаза, и предвкушение… Он уже знал, как будет меня жрать…

То, что я испытала, словами не передавалось. Потому, когда с меня ударом сбили пожирателя, на него опустилась сразу три «клетки» и тело паука пронзили нити стихий, я не испытала абсолютно ничего. Полная заторможенность и отрешенность.

– Аля! – возле меня опустился Лирвейн. Глаза волшебника были панически расширены, а смуглая кожа казалась бледной. Он помог мне сесть и сильно прижал к себе. Вот тут-то я и очнулась.

– Не трогай меня! – лихорадочно стряхнула с себя руки блондина и вскочила.

– Аля,? – непонимающе смотрел Водник, поднялся и осторожно шагнул ко мне.