— Вам не обязательно это знать, — спокойно ответила я. — И я не отниму у вас много времени. Я только хочу посмотреть, кто сделал эту татуировку.

— Я не стал сообщать эту информацию тому парню. Я не собираюсь сообщать её и вам. Проваливайте отсюда.

Для сравнения, брат, который сделал мне татуировку, был гораздо более дружелюбным из них двоих.

— Не нужно чинить препятствия, — сказала я. — Это старая татуировка, верно? Какое это на самом деле имеет значение?

— Вы из полиции?

— Нет.

Он пожал своими массивными плечами.

— Тогда вы не сможете увидеть записи. Мы всё равно не храним такие старые данные. Я не знаю, кто сделал эту татуировку, — он указал мне за спину. — А теперь отвалите. Я не буду повторять это снова.

Я раздражённо прошипела сквозь зубы. Он лгал. Я была уверена в этом. Как только Люк Уэллс навестил их, этот человек просмотрел свои записи и нашёл то, что искал Люк. Он точно знал, о чём я говорила. Я бы поставила на это деньги. Я быстро прикинула возможные варианты. Я могла бы продолжить попытки добиться того, что мне нужно, или пойти коротким путём. Хорошо. Возможно, мне всё-таки понадобится немного этой магии.

Я подняла руки и призвала на помощь свою личную магию. Пока оба брата смотрели на меня, я щёлкнула пальцами. Они замерли. Мгновение спустя я ахнула и согнулась пополам. Чёрт возьми. Неудивительно, что феи, как правило, не используют много магии, когда не работают, и неудивительно, что наши волшебные палочки так важны для дела. У меня закружилась голова, и от растраты энергии, которая потребовалась мне, чтобы околдовать эту парочку, всё моё тело задрожало. Я пыталась отдышаться, всё время морщась. Затем я медленно выпрямилась и осмотрела незадачливую парочку.

Теперь, когда у меня было время рассмотреть их вместе, стало очевидно, что они были близкими родственниками. Дело не только в их сходных чертах. Они держались одинаково, каждый опускал левое плечо настолько, чтобы это было заметно. У обоих было почти комичное выражение лица, рты полуоткрыты, ноздри раздуваются. Я ткнула пальцем в ближайшего из них. Он не пошевелился. Я знала, что у меня осталось совсем немного времени, прежде чем магия выветрится. Тик-так, Саффрон.

На ногах, которые всё ещё казались ватными, я, пошатываясь, прошла во внутреннюю дверь и направилась к чёрному ходу. Я проигнорировала две тату-кабинки, особенно ту, где мне сделали татуировку дурацкого кота, и вместо этого направилась к третьей двери, которая, как я предположила, вела в какой-то офис.

Я не была разочарована. Хотя здесь было ещё темнее и обшарпаннее, чем в остальной части тату-салона, я определённо нашла тату-джекпот. Вдоль стен стояли картотечные шкафы, ящики некоторых из них были наполовину открыты из-за множества переполненных папок, еле как затолканных внутрь. У стены стоял единственный письменный стол, хотя рядом с ним стояли два стула. Очевидно, оба брата работали за одним столом. Я села на ближайший стул и задумалась о том, что подумала бы Аделина о беспорядке. Она жаловалась на коробки и папки на моём столе. Однако это ничто по сравнению с тем, что творилось здесь. Каждый дюйм столешницы был чем-то завален.

Я порылась в бумагах и обнаружила маленькую серебряную рамку для фотографии, спрятанную в коричневом конверте. Я подняла её и внимательно рассмотрела. Младшие версии обоих парней улыбались мне. Между ними был ещё один мужчина с похожими чертами лица. Без сомнения, отец. Я присмотрелась к вывеске над головами всех троих. Это был один и тот же тату-салон. Значит, семейный бизнес. Их отец управлял салоном, и они продолжили дело после него. Это, вероятно, многое объясняло.

Я подняла несколько других конвертов. На многих из них были красные надписи заглавными буквами. У тату-братьев были проблемы. Неудивительно, что они не возвращали деньги. Я не была особо удивлена. Я не могла представить, чтобы кто-то бросился в это место, чтобы заклеймить свою кожу. Однако я испытывала некоторое сочувствие к их положению.

Встряхнувшись, я сосредоточилась на причине, по которой я здесь. Я всё ещё надеялась, что кто-то из них уже просмотрел записи, которые искал Люк. Не имея ни малейшего представления о том, когда могла быть сделана татуировка, о которой идёт речь, или имени человека, который её сделал, меньше всего мне хотелось начинать рыться в переполненных картотеках. Я выругалась про себя и поспешно просмотрела остальные листки бумаги, молясь, чтобы здесь было что-то, что не являлось окончательным требованием о взыскании долга.

Я уже почти потеряла надежду, когда наткнулась на лист формата А4, к которому был прикреплён старый полароидный снимок. Фотография была выцветшей, а её края загибались. Однако не оставалось никаких сомнений, что это то, что я искала. На фото была запечатлена замысловатая татуировка в виде эмблемы. Та самая эмблема, которую Люк Уэллс рисовал в своей библиотечной кабинке.