С Рукой почти все получилось. Точнее, с мадам Гао. Я уничтожил все склады, всех ее слепых бегунков, несколько отрядов ее гребаных ниндзя. Даже они не могли противостоять невидимости и неожиданному нападению подготовленного человека. А вот сама Гао сбежала, раненая, но сбежала. Эта их Ци… Поразительная штука. Гао выжила с такими ранами, которые были просто смертельны. После ее побега, я стал отрубать головы и сжигать тела этим проклятым ниндзя. И не зря, как оказалось. Один из уже убитых, мне встретился снова, во вполне живом состоянии. Ненадолго. Несмотря на его огромное мастерство, я все равно его подловил и расстрелял на расстоянии. А после и вообще сжег тело, предварительно отрубив голову.

Со своей войной и набором уровней я начисто сломал канон для Сорвиголовы, Железного кулака и… Касла. Семья Френка была еще жива, нападение на них не было. Я ведь и до его бывшего командира добрался, еще до Фиска. И до агента Уильяма Роулинса, руководившего операцией в Кандагаре, до Билли Руса, до Морти Беннета. Я убил их всех, превентивно. Не будет Карателя, не будет нападения на Френка Касла. Если кто и заслуживает нормальной жизни, так это он. И Мэтью Мердок. Но как вылечить слепого адвоката я пока не знаю. Но узнаю.

За две недели я утопил криминальную часть Нью-Йорка в крови. И это не прошло незаметно. Вся полиция города, ФБР, ЦРУ и Щ.И.Т. просто стояли на ушах. Мне не было до этого дела, благо, Астер в сети полностью подчищала за мной, а свидетелей я не оставлял, если не считать испуганных женщин и мужчин, которых вызволял из плена. Но грязи я за эти две недели видел столько, что вспоминать тошно. И сам я творил тот еще черный пар. Пытки и убийства стали для меня привычными инструментами, но никакого удовольствия от такой работы я не получал. Вообще, если бы не хорошо развитый Разум, я бы просто сошел с ума. И так хотелось закинуть все двадцать семь полученных Системных Очков в Разум… Но это не поможет мне выжить и выполнить квест.

Я стал одиннадцатого уровня. За те сотни трупов я получил всего одиннадцатый уровень… Я даже не представляю как повышать самостоятельно уровни дальше. Я не считал сколько людей убил, но очень много. А получил всего двадцать семь Очков. Но дальше мне уже не хватило моральных сил. Выносливости хватало, силы тоже, а вот ментально я очень устал. У меня не было сил продолжать, не потому что мне стало жалко бедных убийц, бандитов и мафиози. Я устал видеть их жертв. Даже радуясь освобождению, те люди, что выжили в плену, все равно были сломаны. Это было видно по глазам. Особенно дети и молодые девушки, особенно после того, как их ломали, чтобы те не сопротивлялись. Я не очень эмпатичный человек, но даже меня пробирали их эмоции, их страх, паника, тревога. Сейчас я сделал максимум от того, что мог. Продолжать дальше – это нарваться на рыскающих агентов ФБР и Щ.И.Та, а мне совершенно не хочется воевать с ними. Да и был сильный шанс сойти с ума. Я и так за эти дни сильно переступил через моральные границы и потрепал свою психику. Продолжать дальше опасно.

Дома… Гарри не дурак, и он видел новости, видел результаты моей… вылазки. Но я не увидел от него отвращения, только беспокойство… за меня. Даже не знаю, как бы я реагировал на иной исход. Наверное, попытался бы вернуть его в его родной мир, обеспечив вообще всем чем только можно, а заодно сам уничтожил бы и Волдеморта и всех, кто только косо мог бы взглянуть на Гарри. Сейчас я бы вполне мог такое провернуть. Но не пришлось. Гарри просто обнял меня, когда я зашел домой.

- Я волновался, Джо, - отцепившись от меня, сказал Гарри.

- Прости, мелкий, постараюсь так больше не пропадать, - улыбнулся я.

С души будто свалился огромный валун.

- Смотри! Люмос, - взмахнул палочкой Гарри, и на ней загорелся яркий белый огонек.

- Хм, я восхищен, Гарри! Что ж, тогда надо отпраздновать. Правда, куда-то идти у меня нет ни сил, ни желания. Давай посмотрим какой-нибудь фильм? Закажем пиццу, роллы, еще что-нибудь такое, что захочешь, и тихо посидим. Как идея?

- Мне пиццу с ананасом!

- Брр. Как ты ее ешь, Гарри? Впрочем, вы там в своем Туманном Альбионе и пиво делали из сливок, - притворно скривился я, тихо посмеиваясь.

На душе стало легче. Я не один, у меня есть братишка, который принял меня монстром и н оттолкнул. Вечер вышел душевным, то, чего мне сильно не хватало.