И Базетт откровенно не понимала, что этому помогло больше — её педагогические знания и умения, или та мотивация, которая имелась у этого азиатского извращенца?

Но это ужасное время к счастью всё-таки прошло, и выкинув носителя Красного Дракона из головы, женщина наконец-то вернулась к своей...

Пожалуй, почти что приёмной дочери.

Женщина уже слишком много прожила и многое увидела, чтобы столь недостойно врать самой себе и заблуждаться. Всё-таки её первый и единственный сын Джон уже давно вырос, и в целом, был не слишком близок со своей матерью — отдавая всё время собственной работе. В этом он был похож на своего отца — спустя полвека для обычного человека сложно поддерживать всю тот же уровень общения и близости.

Нет, они всё ещё встречались, имели связь... Но молодость ушла и осталось скорее взаимное уважение, а не та любовь что раньше.

Отец с матерью говорили о возможность даровать ему вечную молодость, но... Поздно. Разум уже постарел, и изменившееся тело это не исправит.

Поэтому когда она встретилась с Валери после того рейда на Мариуса Цепеша, материнский инстинкт заработал вновь, позволяя Базетт отдавать всё своё внимание маленькой девочке, не знавшей матери — и знавшая лишь безразличного к дампиру отца. Который теперь окончательно был занят меняющимся обществом вампиров — и до дочери ему дела не было вообще.

— Тётя Базетт. Готово. — довольно выдохнула светловолосая девушка, обернувшись к вошедшей в помещении женщине.

Хорошо теперь хоть не обращалась к ней как в божеству, а то в начале Базетт никак не удавалось избавиться от этой дурной привычки дампирши, пережившей далеко не самые приятные месяцы своей жизни.

— Вижу. — с не менее довольной улыбкой отозвалась уставшая Дочь Героев, оглядывая на полу огромный Ритуальный Круг. — Ты успешно адаптировала имеющиеся знания... Хм-м-м... Очень интересно. А вот до этой связи третьего и седьмого отсека северной части круга я бы не додумалась...

— Мне... Это просто понимать. — с некоторым смущением отозвалась Валери. — Я словно интуитивно знаю, где и как стоит лучше подправить... Словно я это уже множество раз делала. Очень странное ощущение...

— В тебе знания самого Библейского Бога. — слегка пожала плечами Базетт, продолжая тёмно-багровыми глазами проходиться по нарисованному кругу. — Хм-м... Однако... А вот это совсем неожиданно... КПД вырастает на семь процентов и сколько тут десятых выйдет...

— Тётя Базетт. — вновь окликнула увлёкшуюся волшебницу её почти приёмная дочь.

— М? Да? — моргнув, перевела взгляд старшая дочь Героев.

— А что там с малышом Гаспером? — осторожно полюбопытствовала юная дампирша.

— Гаспером-то? — фиолетоволосая женщина припомнила ещё одного дампира, также на удивление обладателя Святого Механизма, обнаруженного ещё глубже в подземельях замка Мариуса уже после возвращения Первого Вампира. — С ним всё в порядке, насколько я знаю, друг моего отца и ваш прародитель взял его под свою опеку — планирует воспитать из него преемника, раз его собственный сын отказался править вампирами. Ах да, он просил передать, что не одобряет ту личность, которая превратила его в любителя женской одежде.

На самом деле там было всё куда грубее, с трёхэтажными ирландскими матами, до боли знакомыми Базетт, но не будет же она об этом говорить Валери?

— Но об был таким миленьким в ней... — мечтательно вздохнула последняя.

— Судя по всему, ты не одна такого же мнения... К сожалению. — слегка осуждающе цокнула волшебница и вместилище божества. — В последний момент когда я навещала друга отца, в честь которого назван мой младший брат, там с посольством была Эльменхельда Карнштейн из фракции Кармиллы...

На миг Базетт опешила, как как во взгляде её почти что приёмной дочери на какой-то краткий, но заметный для опытной женщины, миг — наполнился ревностью. Примерно такие же были у девушек тех парней, что заглядывались на саму Базетт ещё во время Второй Мировой войны, когда она работала в Грауцауберере.

Стоит... Стоит ли самой ей последовать примеру родителей, и свести их вновь? Свести собственную почти что дочь с перспективным и хорошим юношей? Джону она даровала полную свободу, и в итоге... Получилось не очень. Наверное, в этот раз ей не стоит совершать прежнюю ошибку.

Гаспер, как обладатель Механизма, связанного с сущностью одного ирландского божества, пусть и злого, подходил вполне неплохо. К тому же... Кому как не ей лучше знать, каково этого — жить с сущностью погибшего телом божества, право слово?

Это было, пожалуй, даже иронично — именно так любил повторять отец в подобных ситуациях, или рассказывая о прошлом.

Когда она, носительница бога Мананнана, будет сводить свою почти приёмную дочь с носителем бога Балора, как раз и убившего физическое тело уже её бога.

— У вас какой-то странный взгляд... — раздался голос Валери, вырвавший Базетт без размышлений.