Ведь из одного из входов в помещение входила фиолетоволосая, и как не могла не подметить демоница, просто сногсшибательная зрелая женщина, чья внешность была известна слишком многим в этом помещении. Возможно лично, в отличии от впервые видевшей её Соны, пальцы которой слегка задрожали.

Облачённая в чёрное платье и накинувшая на плечи белый пиджак, в высоких каблуках по полу властным шагом шла женщина, бывшая первым человеком, убившим Бога. Та, кто вместе со своим спутником убила бесчисленное количество богов, демонов, падших и различных чудовищ.

Та, чей взгляд заставлял бледнеть тех несчастных, которым не повезло встретиться со взглядом её багровых глаз.

Скатах.

И чей вечный спутник шагал следом за ней, являясь как бы не более примечательной личностью.

Синеволосый, на счастье многих одетый в чёрные очки и официальный костюм с точно также накинутым пиджаком, он внимательно проходился взглядом по окружающим.

Тем самым окружающих, что активно бледнели, хоть и не хотели это показывать — красноволосая подруга Соны едва не пискнула от страха, прекрасно понимая, что эта парочка едва не истребили всех её предков в прошлом, шагая как ни в чём не бывало.

И было отчего. Ведь этот синеволосый Герой людей был тем, кого сам Шива официально назвал равным себе. Человек, равный в силе сильнейшему из всех Богов помимо Драконьих. И его аура, даже откровенно и открыто сдерживаемая, была почти на уровне Верховных Богов мифологий.

Кухулин.

...Пальцы Соны впились в подлокотники стула.

Сглотнув, Сона перевела взгляд на парочку тех, кого подспудно ожидала увидеть, но не хотела этого. Вернее, на старшую дочь парочки Древних Героев ей было всё равно, ведь Базетт хоть и шибала аурой на уровне почти полноценного Бога, она никак не пересекались с Куо.

А вот младшую... Сона слишком хорошо знала. И ухмыльнулась в ответ на взгляд Соны, вздрогнувшей всем телом от воспоминаний произошедшего не так давно нападения Кокабиэля, когда падший ренегат был буквально выпотрошен этой особой, ощущавшейся лишь немногим слабее сестры.

...Самая известная семья людей, а может и в целом — явилась в полном составе.

И в попытке успокоить нервы, она перевела взгляд на другой вход — через который ранее прибывали все три Сатаны, помимо неизвестно где шлявшейся старшей сестры... Той самой сестры, что в этот момент вошла через распахнувшиеся двери.

...Ох, лучше бы она сюда не смотрела.

И забавляющееся выражение лица Серы показывало в полной мере, почему Соне лучше было продолжать смотреть на парочку древних монстров и их дочерей.

Ведь Сатана Левиафан, глава всей дипломатии демонической расы, шла... Под ручку с человеком, молодым парнем, обладателем столь знакомого оттенка тёмно-синих волос, чья красота могла бы легко посоперничать с Юто Кибой из свиты Риас.

Сона Ситри моргнула.

Но картина никак не собиралась исчезать — и судя по взглядам откровенно ошалевших всех и вся, за исключением сдержавшихся Сатан, не у неё одной.

А потом...

А потом Сона резко, синхронно с десятками других голов, метнулась к младшей дочери Скатах и Кухулина, усаживающейся рядом со своими родителями.

Плевать...

Плевать на то, что смазливый парень обладал силой, превосходящей Кокабиэля. После нескольких часов на этой конференции. она вообще перестала воспринимать Падшего Ангела как кого-то сильного.

Но внешность... Внешность... Она была аномально похожа. Слишком похожа, похожа настолько — что это сходство игнорировать было нельзя. Они буквально были близнецами, отличаясь лишь полом и тем фактом, что скрытого безумия в багровых глазах спутника старшей сестры она не находила.

В прострации сидели все.

Ровно до того момента, как наконец-то не раздался отчётливый звук колокольчика, объявляющей о начале конференции.

И со своего месте спокойно встал Сазекс Люцифер, заставляя всех обратить внимание — однако сильнейший демон за всю историю ничуть не смутился подобному, оглядывая всех, пока они не отойдут от выходки Серафалл, рядом с которой уселся этот человек, и видимо, также один из отпрысков Скатах и Кухулина. Впрочем, многие удивились бы больше, окажись он членом её свиты — в которую Сатана Левиафан за шестьсот лет не взяла ни одного члена.