— Меня... Редко что вызывает интерес. Это понятие, о котором ты мне поведал, не совсем точно определяет мои... Эмоции? Да, эмоции. Но... — покачала головой обладательница развратного демонического наряда. — Этот... Иешуа. Он... Странный. Непонятный. Никогда такого не видела.

— Фига... — не сдержался я, присвистнув.

Если даже эта древняя особа не видела ничего... Что же там, в конце-концов, намутил Бог? Тот самый Бог, который на поле боя до сих пор не появился?

— А его ты нашла, потому что я с ним долгое время ошивался? — интересуюсь я, успокаивающе улыбнувшись Скатах. Подумать только.

Я.

Успокаиваю.

Скатах.

Какие-то только чудеса вокруг Христа не случаются, однако.

— Да. — лаконично отозвалась она.

В своём стиле, что сказать... Хм-м-м... И это её платье... Чёрт, как же жалко, что у нынешних людей пока что недостаточно умений в создании одежды, чтобы создать нормальное готическое платье и позволить Офис его скопировать для себя.

— И что будешь делать? — вновь принялся утолять я своё любопытство.

— Ничего. — веско отозвалась Офис, устремляя взгляд через окно на дом Марии, Иисуса, и нынче покойного Иосифа. Мужик действительно прожил много — сто одиннадцать зим. — Он тихий.

— Лестная характеристика. — не смог удержаться я, кидая взгляд туда же. Но видимо, Драконий Бог смотрела через стены, ибо во дворе ни матери, не ребёнка не было.

— Да. Если бы таким был весь этот мир, я бы в нём осталось. Проклятый Великий Красный. — впервые на моей памяти проявила она нечто вроде гнева.

Да, Иисус, вокруг тебя определённо случаются самые настоящие чудеса, а не те мелочи в мире магии, что ты проявлял согласно Библии.

Ну а потом Офис исчезла.

Вот как ощущалось её присутствие... Так нету.

Ни следа.

Пустота.

— Ха-а-а... — выдохнула женщина. — Да уж... Неординарная личность. Подобного я даже от Одина... Да что там Всеотец? Даже Небесные Драконы не выглядели такими... Недоступными.

— М-м-м... — неопределённо протянул я. — Не встречался с ними и не планирую... Но... Хм... Однако... Может она не просто так сейчас явилась? Посмотри...

Через несколько минут мы стали наблюдать за тем, как Иисус и Мария вышли из дома в походной одежде и направились по улицы в сторону главного выхода из города.

— Отправляемся за ним. — распорядилась Скатах. — Что-то определённо началось, и я не хочу это пропустить.

— Какой энтузиазм. — хмыкнул я, направившись к импровизированной вешалке и кинул оттуда одежду Скатах, которая вне чужих взглядов предпочитает находиться в своей более удобной одежде фей.

В обычной человеческой нам по-прежнему приходится с явным трудом двигаться, внимательно следя, чтобы не дёрнуть конечностью до разрыва ткани.

— Я не могу увидеть будущее всего, что связано с ним. — алые глаза мазнули по одежде, и Скатах, недолго думая, принялась одевать новую одежду прямиком поверх старой.

Разумно. Придётся закутаться посильнее... Но мне стоит также поступить — мало ли что случится? Ангельский гарнизон и целый Архангел над Назаретом — надёжная защита, но только против прямой атаки демонов. Не могущие врать Ангелы очень слабо понимают концепцию этой самой лжи и интриг, но так как дураками не являются, нивелируют этот недостаток с нашей помощью.

Ну а раз уж Скатах считается, что наше наёмничество сейчас будет более чем вознаграждено — тот так и есть.

***

Как быстро выяснилось, тридцатилетний Иисус направлялся на крещение. Которое будет проходить массовым образом у реки Иордан в Вифаваре.

— Вот как... Благое дело. — покивал я мужчине, от которого это всё и узнал. Иешуа не скрывал своих планов, да и вообще, как выяснилось за пролетевшие двадцать годиков наблюдений, был добрым малым.

Настолько добрым и хорошим, насколько просто не может быть человек... Либо же может, но в единственном экземпляре за всю историю человечества.

— Не возражаете, если мы пойдём с вами? Если и не поучаствовать, то поглядеть на массовое крещение... Это стоит дороги к Иордану. — небрежным тоном, словно уже подразумевая факт собственного крещения, заговорила Скатах, сейчас бывшая слегка замаскированной под более старую версию себя.

Как и я.

Благо Ангелы были вполне обеспокоены тем фактом, чтобы влияние внешних факторов на Иисуса было минимальным и приготовили соответствующие артефакты, которые в своей сути являлись скорее некоторыми барьерами, заставляющими глядевших через себя видеть гораздо более старого человека.

— Не против, конечно же... Так, сын мой? — улыбнулась Матерь Божья, посмотрев на Мессию. Пока что тайного.

— Истинно так, мать Моя. Каждый достоин увидеть крещение, Самсон. — глаза Сына Божьего скользнули по нам, и в них я без всяких проблем увидел... Эм-м-м... Понимание?

Ох ты ж ё...