С помощью правильного редактирования Ученик Искариота смог сделать так, чтобы это выглядело так, будто эти минуты на самом деле были заключительным раундом.

Как будто это было запланировано.

Он снял несколько минут крупным планом, на которых он лично инструктировал грешников o правилах заключительного раунда, который, как он "сказал" им, должен был просто иметь наибольшее количество другого грешника внутри них к концу... Нападение мистера Медведя и последующая кровавая смерть, таким образом, были представлены как третий раунд.

Конечно, зрителям не следовало знать, что все это, на самом деле, была заслуга Норы.

Ученик был полностью за то, чтобы отменить всю съемку и поймать еще несколько грешников, и поручил Четырем Последним Апостолам направить свои паяльные лампы на Нору.

Только когда она поняла, что все еще держит в руке, она попросила их не убивать ее, потому что у нее была идея...

Придумывание импровизированного материала было ее специальностью. Часто животные могли неохотно участвовать в межвидовом соитии, и ей нужно было придумывать альтернативный материал для своего аккаунта.

Говоря быстро, она сказала Ученику, что было бы стыдно тратить впустую то, что уже было некоторыми убедительными кадрами.

Почему бы просто не использовать то, что у него уже было?

Ученик сопротивлялся, пока Нора не показала ему, как она может выиграть раунд.

Она показала содержимое своей правой руки.

Глазное яблоко, которое она вытащила из головы мистера Медведя.

- Как насчет этого для последнего кадра? - спросила она, прежде чем засунуть окровавленный белый шар с отпечатками пальцев себе во влагалище.

Засунулa его внутрь, чтобы он, казалось, смотрел прямо наружу из нее.

Hаибольшее количество другого грешника внутри себя...

Затем она сжала самые трудолюбивые, самые мускулистые вагинальные мышцы в мире подпольной порнографии, и глазное яблоко лопнуло, как гигантский нарыв, извергая водянистую жидкость вместо гноя; было похоже, как будто Нора выстрелила спермой из влагалища.

Ученик Искариота согласился, обрадовался и быстро решил, что все это было его собственной идеей.

И, верный своему слову с самого начала, Норе разрешили уйти.

Она закрыла свой аккаунт в "Кругах" и скрылась с глаз публики. Она устроилась секретаршей в ветеринарную клинику, и каждую ночь молится святому Франциску[16] о прощении.

Странно, но последним перышком, что сломало спину верблюда в ее карьере в зоо-порно, был результат ее последних нескольких слов с Учеником, прежде чем ей завязали глаза, сбили с ног и вернули в квартиру, из которой ее похитили двадцать четыре часа назад.

- А что вы на самом деле приготовили для третьего раунда? - cпросила она.

Ученик подумал, стоит ли отвечать, и затем ответил.

Он достал из-под брезента у двери третье ведро.

Он показал ей, что в нем было.

И всегда после этого, всякий раз, когда старый контакт посылал ей новые выгодные предложения трахнуть животных за деньги, она вспоминала, что суетилось на дне того ведра... и то, что сказал ей Ученик, когда повязка на глазах сделала мир темным.

- Не волнуйся, они не пропадут даром! Следующий грех - ЧРЕВОУГОДИЕ!

Перевод: Олег Казакевич

Kаждому отдельному человеку, который участвует в так называемом "спорте"/соревновании по скоростному поеданию пищи...

Убей себя!

Лили Симпсон не понимала, что она в полной жопе, пока этот псих не вошел в дверь и не развеял последние сомнения и остатки надежды.

Ох, блядь.

С того момента, как она очнулась в комнате с голыми стенами из шлакоблоков и гудящей лампой, в одном белье, на матрасе, воняющем мочой, со связанными кабельными стяжками руками и ногами, она пыталась понять, кто мог ее похитить. Потому что это явно было похищение. Она перебирала в голове разные варианты - от ревнивых бывших до сумасшедших фанатов, но ее разум всегда осторожно обходил одну конкретную возможность, не давая ей даже задуматься о том, что с вероятностью один на миллион ее мог похитить именно Ученик Искариота.

Но разве не сказал кто-то умный, что шансы "один на миллион" сбываются в девяти случаях из десяти?

И вот он вошел.

Лили была жесткой сучкой, поэтому она не вздрогнула и не закричала в кляп, когда этот извращенный ублюдок встал над ней, склонив голову набок. Нет, она просто уставилась на него тяжелым взглядом, который должен был сказать: Я не боюсь, и я с удовольствием оторву тебе голову и насру в глотку.

Ага, конечно, - ехидно пискнул внутри маленький голосок. - Скорее обосрешься сама.

К сожалению, это было правдой. Она боялась.

На нем была та самая маска, в которой он всегда появлялся на своем канале - абсолютно безликая, как у манекена, если бы не огромные ярко-красные губы, грубо намалеванные на месте рта и сложенные в поцелуй.

На нем была простая черная ряса, полностью скрывающая тело. Толстый он? Мускулистый? Хрен его знает.

Черный цвет хорошо скрывает все пятна.