В какой-то момент я предложила покинуть дом его семьи, но, как напомнил мне Кай, Макс Торн, его брат, взял под контроль все активы Кая, и, кроме как уехать из города, ему больше некуда было податься.

Кроме того, даже химическая бомба не заставила бы Кая покинуть Холлоуз-Бэй.

Я не заставляла его говорить о своих чувствах. Я научилась действовать осторожно, когда дело касалось чувств Кая к его семье. Помимо того, что он рассказывал мне о своих чувствах ко мне, что, казалось, давалось ему легко, он не был так хорош в выражении своих эмоций в других сферах своей жизни. Последнее, чего я хотела, это давить на него и раздражать еще больше, чем он уже был.

Приближался вечер, и я приготовила Каю ужин из продуктов, которые принес дворецкий Томаса, но он к ним не притронулся. На самом деле, ни я, ни Майлз тоже.

Майлз был слишком занят поисками в Интернете, а беспокойство за Кая в сочетании с чередой событий последних нескольких дней вызвало у меня мигрень. При мысли о еде у меня скрутило живот.

На улице уже темнело, когда Кай поднял меня с кресла, в котором я уютно устроилась, сел и усадил к себе на колени. Он по-прежнему ничего не говорил, просто прижимал меня к своему телу. С пульсирующей болью в голове и комфортом надежных рук Кая усталость, наконец, взяла верх, и я заснула.

Я проснулась несколько часов спустя и обнаружила, что нахожусь в спальне Кая, одна в постели. В какой-то момент он отнес меня сюда, снял с меня кроссовки и накрыл меня одеялом, а я так ничего и не узнала.

Первое, что я заметила, проснувшись, помимо одиночества, был легкий ветерок, дующий из открытых балконных дверей. Второе, что я заметила, это то, что чувствовала себя дерьмово. У меня раскалывалась голова, болело горло, и я была полна соплей.

Чертовски здорово.

Несмотря на легкий блеск пота, покрывавший мою кожу, я замерзала. Я вытащила свою ноющую задницу из кровати, завернувшись в одеяло и прикрыв тонкую майку и леггинсы, которые были на мне.

Перейдя в другой конец комнаты, чтобы закрыть дверь, я остановилась, увидев Кая, сидящего на балконе и смотрящего на свой город с непроницаемым выражением лица.

- Эй, - прохрипела я, мой голос был хриплым и обиженным. Голова Кая резко повернулась туда, где я стояла в дверном проеме, его брови нахмурились, когда он увидел, что я завернута в одеяло.

- Ты в порядке?

- Да, я в порядке, - ответила я, преуменьшая тот факт, насколько грубо я себя чувствовала. Каю было о чем беспокоиться.

- Похоже, ты не в порядке, - он встал и сделал два шага туда, где стояла я. Протянув руку, он положил ее мне на лоб, нахмурившись, когда убрал руку.

- Детка, ты кипятишься. Что случилось? - его голос был полон беспокойства.

Вот тебе и все, что нужно, чтобы не волновать его еще больше.

- Я думаю, у меня, возможно, поднимется небольшая температура, я уверена, что после хорошего ночного сна я буду в порядке.

Он не выглядел убежденным, поэтому, прежде чем он успел слишком сильно возмутиться, я взяла его за руку и легонько сжала.

- Как у тебя дела? - спросила я, не обращая внимания на мурашки, покрывающие мою кожу от холодного ветерка.

Однако Кай ничего не упустил, особенно когда дело касалось меня. Он быстро поднял меня и отнес обратно в комнату, задержавшись, чтобы закрыть за собой двери. Он положил меня на кровать, прежде чем лечь рядом, и притянул в свои объятия, все еще завернутую в покрывало.

- Тебе нужны какие-нибудь лекарства? - спросил он. Это было мило, даже со своими собственными проблемами, Кай все еще следил за тем, чтобы со мной все было в порядке.

- Честно, Кай, я в порядке. Наверное, я просто немного устала, это были сумасшедшие несколько дней, - не думаю, что я должным образом оправилась от смены часовых поясов после перелета во Францию и обратно в течение сорока восьми часов, за которыми последовали эмоциональные американские горки свадьбы. Не говоря уже о последних выходках Макса. - А теперь перестань уклоняться от ответа. Как у тебя дела?

Его губы коснулись моей макушки, когда его руки обхватили меня крепче. - Я чувствую себя гребаным идиотом. Я всегда знал, что мой отец был мерзавцем, который изменял моей матери снова и снова, он никогда не скрывал этого. Я ни на секунду не допускал мысли, что он будет настолько глуп, чтобы обрюхатить кого-то другого.

- Есть ли какой-нибудь шанс, что результаты анализа ДНК могут быть поддельными? Может быть, он вам вообще не родственник, и ему каким-то образом удалось подделать результаты? - с надеждой спросила я.

- Я задавался тем же вопросом. Но Майлз нашел доказательство, что это правда.

- Так и есть? - мой голос повысился на октаву, отчего заболело горло.

Он снова поцеловал меня в лоб. - Майлз взломал базу данных судебно-медицинской экспертизы, которая проводила анализ ДНК. Это исходный файл, он не был подделан или изменен. Тест был проведен двадцать лет назад, когда Торну было пятнадцать. Результаты реальны.

Христос.